Ночной звонок

Звонок! По телу дрожь прошла.
В три ночи? Сердце застучало.
Она? Не может быть! Нет, не могла.
При встрече повод не давала.
Стихи у моря, при луне...
А звезды - занавес на сцене.
И что с того? Прильнув ко мне,
Дарила лишь прикосновенье.

Не разбудил звонок, не мог:
Мне ночь, как казнь за прегрешенья.
Хоть в одиночестве продрог,
Не подавал любви прошения.
Судьба  ко мне была строга.
Пытала, мучила, терзала.
Вот осчастливить не смогла.
За что безбрачьем наказала?

И вот она! ВорвАлась в жизнь,
Когда надежда засыхала.
Когда мосты все развелись
И вера в искренность пропала.
О, как же хочется любить!
Стать близким и неповторимым.
Творить безумство и служить
Любви своей неутомимо.

Величие и стройный стан -
Даная с Рембрандта картины.
Мне как бы богом Зевсом стать
И золотым дождем плотИны
Прорвать! Добиться, покорить,
Украсить волосы цветами.
Пусть нас осудят, согрешить
В полях, во ржи, под облаками!

В одно мгновенье мыслей суть
Бедняге голову вскружили.
Любовь земная! Сколько чувств
На свете люди пережили?
А в трубке томное: «Не спишь?»
Даная с трепетом спросила.
В душе, гордыню пережив,
Прийти в покои предложила.

Ах, сколько в тех словах тревог,
Что сердце девушке сдавило.
Дух одиночества промок,
Ведь сердце раньше не любило.
Душа ее давно  болит,
Ведь жизнь услуг не предлагает.
А страсть к любви уже кипит,
И бог свиданье назначает.

Вот с трепетом открыта дверь,
ТаИнство спальни возбуждало.
Луна тайком из-за портьер,
Подсвечивая, наблюдала.
Мираж... Любовью истекая,
В объятья бросилась Даная.
Как Нимфа в образе, нагая,
Телесной мятой освежив.

Тела сливались воедино,
Мешая страсть и жажду жить:
Как птицы, песней лебединой
И каждым часом дорожить.
Держа в руках всевышний дар,
Настал момент любви напиться.
И Зевс возносит на алтарь
Всю жизнь, чтоб ею насладиться.

Рука скользила, как змея,
По телу медленно и нежно,
Все тело за собой маня.
Любовь бесстыжа и безбрежна.
Луна высвечивала в ночь
Фрагментов тела совершенство.
Рука касалась только тех,
Что вызывали дрожь, блаженство.

Бывают женщины как мед.
Вкус губ и алчность одурманит.
Тот, кто не выпьет, не поймет,
Пока Даная не поманит.
Вином бывает очень редким.
Напитком терпким, безупречным,
Что может голову вскружить,
Глоток лишь крепкого испить.

Любовь, накопленную впрок,
Как не спешил Зевс, не растратил.
Ведь коротка была та ночь,
Безумной негой лишь украсил.
Мираж растает, ночь умрет,
И утро звезды выключает.
Над действом память верх возьмет,
А осень пыл мой обуздает.