Старый медведь

              I

Старый медведь по опушке шагает,
Лапами мнёт серебро,
Ветер ему про тайгу напевает,
Сыплется хвоя добром.
               
             II

Он помнит грозы и метели,
Весенний гомон птичьих стай,
Как над рекой рассветы зрели,
Как пах кипрейным мёдом край.

В берлоге, пахнущей смолою,
Скребется ветер у стены,
Медведь проснулся над землёю,
Где в ельниках дрожат огни.

На шкуре прожитые годы,
В глазах белеющий туман.
Он знал красивые восходы,
Он пил бушующий буран.

Он темноту рвал косолапо,
Шёл сквозь дремучий бурелом,
Катила месяц ночь под лапы,
Как кость весь в желто-золотом.

Теперь бредёт он по опушке,
Лес отступил перед царём;
В болоте квакают лягушки,
А ветер пахнет ноябрем.

Он у реки сел, где молитвой,
Текла чернеющая мгла,
Жизнь становилась ядовитой,
И в сердце не было тепла.

Глядел слепыми он глазами,
В ночную леса тишину,
Тайга зелеными волнами,
Качалась тихо в такт ему.

Под елью, где клубился сумрак,
Где мох запорошил мороз,
Лежал медведь, не слыша шума,
И видел мир забытых грез.

Там чудились глубоки реки,
Следы медвежьи на песке,
Там солнце рисовало треки,
Хребтах на чёрных, и росе.

Он вспомнил, тлеющий валежник,
Огонь, гуляющий по чаще,
И молнии нож белоснежный,
Что небеса кромсал кричащие.

Вдруг хрустнула ветла сухая,
И ветер дунул чистым снегом.
Медведь напрягся, ночь глухая,
Запела цокающим эхом.

Он зарычал и рык негромкий,
Пошёл по лесу, и дороге.
Вернувшись эхом к перепонкам,
Скатился к собственной берлоге.

Теперь он слышал, издалёка,
Как кто-то плакал в темноте.
То мишка маленький у ёлки,
Блудил по черной пустоте.

Медведь поднялся величаво,
Потрогал носом он простор,
Пошёл, прорезав тьму сначала,
Как добрый, старый метеор.

Тянулся след — глубокий, чёткий,
Так лес писал свою судьбу.
Луна, как прежде однобока,
Лизала старую тропу.

Он до рассвета шёл без страха,
Держа у сердца малыша.
Тайга дышала в его лапы,
Лесная, теплая душа.
               
            III

Вечер вылил охру на опушку,
В сизой дымке задремал овраг.
Старый мишка рухнул у избушки,
Между темных, высохших коряг.

Сел медведь. Над тёмной водою
Месяц всплыл, холодный и немой.
Древний зверь увидел пред собою
Тень младую вставшую стеной.

Ту, что мчалась по поросшим склонам,
Рвала ветер, рушила кусты,
И рычала в высоту воронам,
Вся пропитанная духом быстроты.

Но виденье стало вдруг туманом,
Только лес на ухо прошептал:
«Бурым скоро станешь ты курганом,
Ты от жизни очень уж устал».

И над ним, в сияющем убранстве,
Расцвела медведица из звезд.
Старый зверь в последнее из странствий,
Зашагал по веточкам берез.