вьюга

клёст не укажет домой пути
позёмкой наброды дичи скрыты
от солнца двину часа на три
восток угадав по теням ленивым

хватают ноги сугробов топь
стесняет щёки мороз игривый
незримо бьётся тугой мешок
бечёвка рвётся на горловине

лисой крадучись вонзит клыки
тоска в усталого духа стержень
никто же впредь не подаст руки
в обрыв летящему с груды снежной

сойдёт безмолвия тяжкий гнёт
и ветер выкрикнет оплеухой
холодный снег честно вдарит в лоб
завоет гулко седая вьюга

царит шальная, стерев края
любя меня величаво учит
средь музык всех - лишь её слышна
среди забот - знаю впредь, чья лучше

и вихрем, ворохом в белизну
всё сберегаемое в уюте
не дав мешку удержать тесьму
метель всё тащит да баламутит

и нет желаний играть с пургой
давить гримасы шутом лукавым
цедить враньё или крыть с лихвой
охоты нет в круговерти ярой

как же никто мне не выдал сани?
по что огонь не сумел спросить?
и почему в глухомань один я
убрёл, хоть многих толкает прыть?

с каких окраин души надменность?
откуда в сердце простом - зима?
отныне вьюге всё дал, что прелось,
лишь бы не скрыла в снегах меня.

откуда столько внутри бравады?
в теплынь по нивам ли пожинал?
грозил метелям, вопя нескладно,
мол, "да не выстудить вам меня!"

да суету как оставить в прошлом?
забыть в сугробе высокомерье?
путь проторю, снова чуя ношу,
тревожным загнанным диким зверем

разбитый и до костей прозябший
гляжу, как всё разметало лихо,
с пустой поклажей отчалю дальше,
блаженно
дивясь,
как в поле
тихо