Законы души

Сдаётся, что переварив молочные невзгоды,
Которые всенепременно поедают веру,
Мы входим в тихие, немые, ледяные воды,
Теряя постепенно чувство края, веса, меру.
Там одиночество сидит на корточках у стен,
Считая трещины на потолке и слои краски.
Оно не требует взамен любви или измен,
Ему не нужно слов, тепла и посторонней ласки.
Теперь не страшно замолчать, когда вокруг темно,
И мебель кажется толпой застывших изваяний.
Смотреть часами в мутное, полночное окно,
Не ожидая больше встреч, звонков и расставаний.
Себя по косточкам собрав, как сложный механизм,
Поймёшь, что лишние детали выпали наружу.
Твой личный, внутренний, глухой и честный аскетизм
Латает бережно твою израненную душу.
Ты перестал искать вину в движении планет,
В случайных жестах и в судьбе, что кажется суровой.
В пространстве комнат больше нет ни «да», ни слова «нет»,
Лишь тишина звучит внутри мелодии основой.
Освободившись от оков навязчивых идей,
Ты видишь истинный масштаб своей души и тела.
Среди теней, фантомов, брошенных вещей
Жизнь обретает наконец границы и пределы.
Не нужно всем доказывать, что ты ещё живой,
Сражаться с ветром и бежать за призрачным успехом.
Ты стал скалой, песком, травой, полночною совой,
Далёким, слабым и почти забытым тихим эхом.
Часы на тумбочке ведут свой монотонный счёт,
Но время больше не течёт, а замерло у входа.
И понимание того, что жизнь ещё идёт,
Даёт тебе глоток иной, пугающей свободы.
Ты сам себе теперь и гость, и строгий судия,
В пустынном космосе души нашедший оправданье.
Так завершаются твои "земные" бытия.
В простом и ясном, как кристалл, глубоком созерцанье.
Там штиль и гладь, и горизонт сливается с водой,
И нет нужды кричать во тьму, надеясь на спасенье.
Ты примирился, наконец, с самим собой и сединой,
Приняв как дар своё земное, краткое явленье.
Одежда сброшена, и быт не давит на плечо,
Лишь мысли кружатся, как снег над замершим перроном.
В груди становится светло и странно горячо,
Когда ты следуешь своим, неписаным законам.