Четвёртая попытка. Часть 1. Глава 4

Часть 1.

Глава 4.

Смена ролей из временного спектакля превратилась в круглосуточную. Елене Сергеевне и дальше пришлось вести   себя, как полноправной  хозяйкой в квартире дочери Она готовила завтраки и ужины по Ольгиным(так привык Виктор) и своим рецептам, наводила  порядки  в квартире, кормила Виктора, ждала его с работы, по вечерам слушала его рассказы  о работе, о  мнениях на события в мире. Елена Сергеевна оказалась отличным слушателем, не в пример дочери. Она поддерживала имидж молодой женщины, дочери и жены. Характерно, что теперь она без напряга говорила голосом Ольги, стала  более грациозная и немного худее. Помогали одежды дочери, причёска, макияж и ситуация положения молодой женщины и жены. Она подолгу смотрела на свою руку с ярким маникюром и обручальным кольцом дочери. Виктор по наказу Ольги-"тёщи", уходя на работу неловко , еле касаясь  целовал её в щёку, как настоящую жену . Елена Сергеевна смущалась, заливалась краской, но ловила себя на мысли, что она не против. Ей это даже доставляло удовольствие. Вечером Виктор Елену Сергеевну не целовал - боялся как-то.  Спали они по прежнему в разных комнатах. Отпуск кончался и Елене Сергеевне, и Ольге  скоро нужно будет выходить на работу. 
  Семья собралась на совет. Вопрос один. Как быть дальше. С одной стороны через несколько дней нужно ехать на проверку в клинику за окончательным вердиктом, а с другой стороны Елена Сергеевна никак не хотела бросать работу. Оля могла, но тоже считала, что одного заработка Виктора, когда появится ребёнок, будет не хватать.  Решили совершить ещё одну невероятную подмену - поменяться работами, тем более, что специальности у матери и дочери одинаковы и коллег друг друга они немного знали.
   Виктор сказал, что они совершенно сумасшедшие. Их безусловно раскроют и не дай Бог , это дойдёт до клиники.
 ---Витя, до клиники это не дойдёт никак. Нет пересечений  и проведение эко это медицинская тайна.Никто никому ничего не сообщит. Давайте будем пробовать.
--Оля, я боюсь идти вместо тебя.
-- Во первых не Оля, а мама. Сколько мне тебе повторять,  что даже наедине нужно придерживаться роли.   "Дочь", когда ты была собой, то была твёрдым, уверенным человеком, а теперь стала мягкой и податливой. Так резко поменять не только голос, походку, но и поведение, и характер мало кто смог бы. Тебе надо было идти в артистки. 
-- "Мама", ты посмотри на себя. Это тебе артистичности не занимать. Про внешность я не говорю, вон как ты здорово похожа на меня. Соседи не отличают. Откуда у тебя появились такие таланты. Эта уверенность и требовательность, эта железная хватка. Тебе надо идти в режиссёры.  Когда мы завершим наш маскарад - иди. У тебя получится.

Заканчивались отпуска.

Первой пошла на работу Оля в образе матери. В первый день она произвела на работе фурор. Все коллеги наперебой говорили, что отпуск ей пошёл впрок. Она похудела и помолодела. Тамара(подруга) радовалась за неё.
-Ленка, ты молодец Взялась за себя.  Помолодела лет на десять. Где там. На все пятнадцать. 
 ---Оля в образе Елены Сергеевны благодарила и улыбалась, про себя волнуясь и радостно удивляясь, что никто, даже подруга,  не заметили подмены.
---Тамара, мне надо. Есть один секрет, но расскажу позже,чтоб не сглазить.
---Влюбилась, что ли?! Лена, рассказывай! Кто он, где он, как познакомились?!
---Да ты что, Тома!  Какая любовь.У меня дети взрослые. Ольга давно замужем, а там, смотришь, и Юля... 
---Знаю я, что ты после смерти Андрея поставила на себе крест. Зря. Обрати внимание, как наши мужики на тебя заглядываются. Кофе приносят.
 ---Что ты такое говоришь, Тома. Я и слушать не хочу, --- замахала руками "Елена Сергеевна".
Зам гендиректора, увидев такую Елену Сергеевну, буквально изумился.
---Какие у нас сотрудники работают! Рассыпался с комплиментами. 
Сотрудницы завистливо посматривали на "Елену Сергеевну".
---Как за один месяц можно было так помолодеть.Говорит - диета.
Судачили:
---Диета диетой, но, точно, не  обошлось без подтяжек.
---Нет- нет. Это лифтинг. Сейчас есть таки-и-и-е методы! Из старух буквально девочек делают.  Цены, конечно, космические.
---Да-да-да! Не зря наша Елена бегала по клиникам. Я сама видела...
Мужики-сотрудники, вдруг, начали  почаще захаживать в кабинет. По делу, а то и без - поздороваться утром, предложить кофе и, вообще, просто перекинуться словом.
Не обходилось без сложностей:
 В кабинет, держа под мышкой увесистый рулон  чертежей,заходит Павел Андреевич. На его лице написана глубокая тревога.
 — Елена Сергеевна... Тут смежники предлагают конструкцию упростить. Узел крепления облегчить хотят. Но у меня прямо сердце не на месте. Коэффициент запаса прочности явно занижен. В сборе нагрузок, на мой взгляд,  ошибка. Посмотрите, пожалуйста, пока они это в производство не пустили.
Ольга смотрит на сложные чертежи, где переплелись ряды цифр, формул и векторов. Она имеет специальность такую же, как и у матери, но  опыта у неё для понимания нюансов нет. Однако,статус замначальника отдела требует держать удар. Нельзя показать некомпетентность, нельзя проколоться с подменой.
— Так. Павел Андреевич, отставить панику. Давайте смотреть правде в глаза: этот их проект — чистой воды зашквар и потенциальный краш-тест с летальным исходом для всей конструкции. Мы на такое не подписываемся. Кто у нас главный по расчетам? Срочно выдергивайте его из курилки!
Павел Андреевич слегка отшатывается от неожиданности. От всегда сдержанной, академичной Елены Сергеевны он ожидал услышать что-то вроде "требуется дополнительная верификация", но никак не геймерский сленг.
 — Э-э... Семён из расчётного сектора считает...
Ольга(не давая опомниться):
— Вот пусть Семён сегодня забудет про сон и личную жизнь! Пересчитайте мне всё на экстремальную динамику с учетом пиковых нагрузок. И чтобы к завтрашнему утру на моем столе лежал готовый аналитический отчет в трех экземплярах! Без права на ошибку. Выполняйте, Павел Андреевич! И ещё:
---Кто там у смежников такой умник? К утру вместе с отчётом мне его  ФИО и телефон. Я сама с ним переговорю.
Инженер машинально вытягивается по струнке, впитывая этот невероятный управленческий драйв.
— Понял вас, Елена Сергеевна... Какая хватка! Сразу видно — старая школа, железная воля. Сделаем в лучшем виде, к утру всё будет!
Павел Андреевич забирает чертежи и пятится к выходу с благоговейным ужасом.
Тамара с восхищением смотрит на "Елену Сергеевну":
---Лена, высокий класс. За пять секунд отшить Павла Андреевича... Заливисто хохочет:  ---Высочайший класс.
Иногда Ольге, подменяя старенького нач. отдела, который часто подолгу болеет, приходилось участвовать в  совещаниях у  зам.ген. директора. Ольга используя молодую энергию, знания различного программного обеспечения, модернизировала работу своего отдела, наладила связи с другими отделами, пригласила спецов, которые оцифровали предыдущие проекты, создали электронный архив и многое другое. Елену Сергеевну и раньше ценили на фирме, как давнего знающего сотрудника и умелого переговорщика с партнёрами, а сейчас тем более. Производительность отдела явно пошла в гору. Всё чаще и чаще "Елену Сергеевну" приглашали на совещания к руководству. 

По вечерам Оля приезжала к  "детям".   В глубине души Олю разъедала дикая, отчаянная ревность, не к матери, а к самой ситуации. Она видела, как её муж каждый день общается с женщиной, носящей её имя, её бельё, её обручальное кольцо и возможно её пока нерождённого ребенка. "Я отдала им всё, даже свое имя, — думала Оля по ночам в  своей(материной) квартире, глотая слезы. Но если я хоть на миг выйду из образа, мама расслабится, а Витя сломается. Я должна быть кремнем ради малыша".
Елена Сергеевна переживала сложнейшую внутреннюю трансформацию. Поначалу юбка-мини, яркая помада и молодежные топы казались ей верхом бесстыдства. Но день за днем, привыкая к образу дочери, она словно сбросила вместе с годами и груз прошлых лет. Ей приходилось учиться легкой походке, кокетливым жестам и эмоциональности, присущей Оле. Втайне от всех, смотрясь в зеркало, она с испугом и стыдливым удовольствием ловила себя на мысли, что ей нравится снова выглядеть молодой и красивой. Но главный страх крутился вокруг живота: "Господи, зацепился ли там эмбриончик? Прижился ли? Если нет — я не переживу этого ни перед собой,ни перед детьми". 
Виктор оказался в эпицентре психологического шторма. Ему приходилось жить под одной крышей с  Еленой Сергеевной, которая исполняла роль жены  и выглядела    сильно похожей на жену  Олю, пахла духами  жены, ходила походкой жены, говорила голосом жены. Жена Оля приезжала по вечерам в виде тёщи, говорила голосом тёщи, распоряжалась как быть дальше, строила планы на будущее.

Быт превратился в цепочку курьезов и забавных накладок: 
На третий день Виктор по привычке потянулся обнять за талию стоящую у плиты Елену Сергеевну в шелковом пеньюаре дочери с ниспадающими на него длинными волосами, как у жены. Елена Сергеевна ойкнула, вспыхнула до корней волос и уронила лопатку. В этот момент на кухню вошла Оля -"тёща" и строгим тоном отчеканила:
--Витя! Руки! Вспомни, кто есть кто, и марш отсюда. К ужину позовём.
Виктор сам испугался своей забывчивости и  удрученно поплелся в ванную, проклиная ситуацию.
 На шестой день на телефон  Елены Сергеевны (который теперь носила Оля) позвонила двоюродная сестра матери. Оле пришлось тридцать минут скрупулезно имитировать голос Елены Сергеевны, рассказывая о "дочерях", в свою очередь интересуясь событиями жизни семьи Ларочки, обсуждая рецепты засолки огурцов и давление, пока настоящая Елена Сергеевна сидела рядом на диване в одежде дочери, едва сдерживая хохот и прижимая подушку к лицу.                                                                                              По распоряжению Оли-«матери» Елена Сергеевна должна была гулять на свежем воздухе не менее двух часов в день. Виктор сопровождал её по вечерам. Соседи во дворе навострили уши: «Надо же, как Витька-то с женой носится, под ручку водит, подушечку подкладывает! А тёща-то их, Елена Сергеевна, совсем строгая стала, пропадает на работе, вся в делах!»                                                                                         С другого города иногда сестре звонила  Юля. Елене Сергеевне приходилось говорить с ней осторожно, чтоб не проколоться, не нарушить конспирацию,  как с сестрой,  слушая её рассказы об отношениях с однокурсниками о проблемах учёбы, неожиданно   узнав , что младшая дочь влюбилась в преподавателя философии, ездит с ним на байке, пила с ним до пяти утра кофе и из-за этого завалила зачёт по экономике.  Как старшая сестра она совсем немножко( а как хотелось наорать) пожурила Юлю,  всё же не удержалась от материнских  советов, чтоб была осторожнее с преподом и не каталась на байке или хотя бы одевала шлем. Как хотелось накричать, узнать как питается, не болеет ли,запретить неформальные отношения с преподавателем и т.п.                                                                          
 Ольге в образе матери приходиться звонить сестре Юле, как к дочери. Строжит её по матерински. Даёт советы, спрашивает, как питается, не болеет ли . Ей нравится чувствовать себя матерью и поучать "дочерей".