Гоголю

В дороге пыль, в окне рассвет,
И колокольчик вдаль звенит.
Ты знал: смешнее правды нет,
Когда она в молчанье спит.

Ты оживлял немую Русь -
Её просёлки, степь, снега,
И в каждом сердце видел грусть,
В которой к смеху - два шага.

От доброй сказки до беды,
От тёмной ночи до огня.
Твои герои сквозь дожди,
По-прежнему глядят в меня.

И пусть листок давно поблек,
И время движется быстрей,
Смеётся Гоголь- человек,
Чтоб становились мы добрей.

Ты поднимал смешное к свету,
Звал темноту на разговор,
Чтоб мы, читая, до рассвета,
Учились видеть правды взор.

И даже в горечи суровой,
Когда чернеет небосвод,
Живёт бессмертным словом Гоголь,
И нас к живому вновь ведёт.

Сквозь годы странствует перо,
И тихо шелестят страницы.
В них смех, надежда и добро,
И свет, что через тьму искрится.

Твой смех не ранил — он будил,
Снимал с привычного покровы.
И тот, кто правду позабыл,
Вновь обретал её от слова.

В чернильной ночи загорались
Страницы, как окно в метель.
И тени низко так склонялись,
Прочесть, чем кончилась «Шинель».

Ты знал, за важною личиной,
За блеском пламенных речей
Порою скрывается не сила,
А страхи маленьких людей.

Ты вывел в свет все их привычки,
И гордость, и большую ложь,
Чтоб в каждой пройденной страничке,
Все думали: а мы то, кто ж…

В ряду с насмешкою суровой,
Великая жила любовь,
К стране родной и вечно новой,
К земле отважнейших сынов.

И ныне, стоит лишь вчитаться,
Мы слышим между слов слоёв:
Над правдой не грешно смеяться,
Грешно не чувствовать её.

И потому сквозь сотню лет,
Где гаснут вывески и лица,
Твой странный, негасимый свет,
Не прекращаёт в нас искриться.