13. 09. 26

        Суворовский лук.
    Смотрю на то место и вспоминаю, как он рос.
    Только растаял в апреле снег и стало пригревать солнце, как суворовский лук проснулся. Другие растения еще спали, а он вылез раньше всех, стал наливаться соком и в конце  мая был уже большим. Я, сидя на огородной лавочке, смотрел на его тугие, ярко просвечивающие на солнце листья и вытягивающиеся на глазах стрелы стеблей, и представлял, как внутри него изо всех сил бродит этот весенний, пьянящий, бодрый суворовский зелёный жизненный сок. В июне ряды лука были уже полутораметровыми гигантами и, хотя еще гордо потряхивали фиолетовыми шапками шаров, но становилось  заметно, что из листьев жизнь медленно выходит. Прожив яркую, но короткую жизнь, лук высох, и в июле на грядке стояли лишь одни сухие ломкие остовы.
    Теперь сентябрь, вокруг еще бушует зелень, а  место, где так гордо  стоял лук, совершенно изгладилось. Вы думаете, что он умер? Нет, в земле, уютно свернувшись, спит душа  лука, его образ, его идея. И, через год, стоит только ласково, в первый раз, пригреть солнцу, как он снова бодро ринется наверх, к сияющему свету. О, сила жизни! О, вечная тайна смерти и возрождения!