одиночество

скажи, какого это — жить по утрам,
когда некого даже коснуться?
и чем чаще ты видишь, как сладко им всем,
тем меньше желанья проснуться.
и некого даже обнять перед сном.
и рука обвивает подушку.
и ты ставишь на полку, как выпил свой чай,
одинокую вечно кружку.
и ты едешь в метро, а в вагоне твоем —
люди держатся мило за руки.
они шепчут друг дружке, а в ухе твоем —
только музыки громкой звуки.
и повсюду любовь: у него, у неё, а ты смотришь
в свое отражение.
всё в порядке с тобой, ты красива во всём,
но откуда взялось унижение?
и они всё твердят, что ещё впереди,
не пришло ещё просто время.
но годы идут один за другим,
и уже нелегко им верить.
а потом от тоски зарыться в тот плед
и понять, что щека намокла.
потому что тепло от бездушной лжи
не заставило боль умолкнуть.
и опять за окном — луна, огоньки,
кто-то пишет другому: «скучаю».
а тебе остаётся считать фонари,
убеждать себя, что привыкаешь.
и ты знаешь, что завтра всё будет точь-в-точь:
тот же чай, та же полка и утро.
и никто не войдет, когда вновь на душе
как-то грязно и слишком мутно.
ты закроешь глаза и, быть может, во сне
хоть кто-то тебя обнимет.
но закончится ночь, а кровать холодна,
и никто эту боль не отнимет.