матка

ребёнок в чреве матери
не знает слово «кровать»,
но он, как и все в мире,
любит вечно спать.

цена жизни - это литр молока
коровы на пачке каши Увелки.
так стоит один вздох порошка
в подвалах без долгой побелки.

в квартире удушливо и влажно,
в носу поселилось животное,
оно стухло, и теперь чужеродное
встало на место важного.

в груди неуёмный стук
чего-то горячего и вязкого.
это нечто своих мук
начиталось у Достоевского.

чудится кровавый след
от миски в прихожей.
на пороге котёнок ослеп,
слипся с братьями кожей.

это всё, чтобы щёлки
привыкли к рассвету,
к тому, что даже у пчёлки
есть матка, а их нету.

и на чёрно-белом месиве
узнаются хрупкие ручонки,
которые на хлеба посеве
тягали сильнее мальчонки.

у гранитной крышки на улице
слышится смех и стрельба.
что-то рвётся, сука, рушится.
это кожу сдирает слеза.

и все рождаются с чувством,
которое ни с чем не сравнить.
этим противным сгустком
мы называем слово «любить».

именно поэтому у выхода,
на горло петлёй натянув шарф,
из монолога мёртвому дереву
слово «люблю» не теряет шарм.