Летучая мышь. Невыдуманная история

­­­И смех и грех. Время по нашему — 22.00. Я только улеглась с книгой. Муж врывается ошалелый в комнату и говорит: «Иди и помоги мне». Идём на кухню (а до этого окно было приоткрыто сверху. Дождь льёт). В углу что-то лежит — летучая мышь. Я начала молитву читать: «Господи, помоги и спаси» — и давай крестное знамение делать. Руки-ноги трясутся. Муж каким-то образом окно открыл настежь. Надо ж её выгнать как-то. Муж взял длинную лопатку для жарки и давай её тыкать с полотенцем в руках. Та давай шипеть и крылья свои распускать. Я за холодильник спряталась и крестным знамением себя, приговаривая: «Господи, помилуй!» Улетела. Муж смотрит на меня, а сам обалдевший, говорит: «Чтоб на ночь я ещё окна открывал — да ни за что»…

Я только отошла от шока, а муж уже стоял у окна, глядя в тёмное небо, будто проверял, не вернётся ли она. «Слушай, а ведь она, наверное, за мошкарой охотилась, — сказал он задумчиво. — Дождь их выгнал, вот она и залетела». Я только фыркнула: «Охотилась она! А если б мне на голову села? Я бы инфаркт поймала». Он усмехнулся, но как-то криво, и я поняла, что сам перепугался не меньше.

Пока он закрывал окно на все шпингалеты, я всё ещё стояла у холодильника, прижимая к груди книгу, как щит. Сердце колотилось, в ушах шумело. Я посмотрела на лопатку, которую он бросил на стол, и невольно рассмеялась. «Ты с ней как с вампиром воевал, — говорю. — А она, бедная, наверное, сама в ужасе была». Муж хмыкнул: «Ага, только шипела она как змея, а не как бедная».

Мы ещё минут десять перебирали эту историю, каждый раз добавляя новые детали: как он махал полотенцем, как я крестилась за холодильником, как она кружила под потолком, пока не нашла открытое окно. Я даже представила её с другой стороны — мокрую, испуганную, которая просто искала, куда спрятаться от ливня. Но легче от этого не стало.
Потом муж пошёл ставить чайник, а я вернулась в кровать, но книгу так и не открыла. Лежала и слушала, не скребётся ли кто по стенам. Через полчаса он пришёл с кружками, сел рядом и сказал: «Ну что, теперь будешь спать с крестом на лбу?» Я засмеялась: «Нет, просто больше никогда не оставлю окно приоткрытым. Даже летом».

Засыпала я уже под утро, и всё мерещилось, что по потолку мелькает тень. А муж, между прочим, сдержал слово — окна в спальне теперь закрыты наглухо, даже в жару. Зато соседи теперь спрашивают, почему мы ночью орали «Господи, помилуй!» — пришлось рассказывать. Смеху было, конечно, на весь подъезд.