Осень крадётся

А осень рыжей лисицей крадётся по аллеям,
Рассыпая по лужам червонцы из ржавых монет.
Деревья, как вдовы, в парче золотой и багряной,
Застывают в молчание, храня последний секрет.

Ветер гонит листву, словно стаи испуганных птиц,
Над простуженным парком, над стынущей гладью пруда.
И в прозрачной воде, средь размытых и блёклых границ,
Отражается небо - усталая, бледная руда.

Ах, какая тоска в тех тонких, пронзительных ветках,
Что чертят на лазури затейливый, хрупкий узор!
Это время прощаний, когда в золотых монетках
Прячет пламя последнее тлеющий, грустный костёр.

Клён роняет ладони, багряные, словно от ран,
На асфальт, где блестят после тёплых дождей зеркала.
И струится эфир - горький, пряный, осенний дурман,
Что вдыхает земля, до безумия ставшая зла.

В этом шорохе судеб -  беззвучный и явственный стон,
В этом запахе дыма - предвестие снежных страниц.
Пробегает по лужам серебряный, зыбкий дракон,
И на листьях дрожит холодок, будто рой светлых птиц.

Это осень - художник, что пишет свои небеса
Не маслом, а слезами, туманом, горькой полынью.
В ней звучит тишина, и в ней любая печаль - краса,
Прощание становится вечною, нежною сынью.

Опускается вечер, как серый и влажный платок,
На продрогшие плечи уснувших в сумерках улиц.
И последний листок, одинокий и тонкий, как шёлк,
Отрывается вниз, где не слышно ни вздохов, ни пуль.

В этом падение, в этой музыке ржавых листов,
Есть свобода и грусть, и предвечный, бессмертный покой.
Ведь осень - это не смерть, это пристань для вечных снов,
Это пауза меж цветеньем и ледяной рекой.

И когда за окном всё затянет сырой пеленой,
И фонарь замерцает, как жёлтый одинокий глаз,
Пойму - в этой печали есть свет - неземной, дорогой,
Что она - лишь преддверие, самый красивый рассказ.