Малодушие

Маня, чаруя и лишая воли,
нам пела мантру сонная волна.
Парящая в зелёном ореоле,
разверстым ртом кричала тишина.

И наших встреч доверенный свидетель,
сливаясь с высью, исполинский дуб
притих, словно нашкодившие дети,
признанье стиснув меж древесных губ.

В латунный бубен над бездвижным морем
стучала гулко медленная кровь –
при обоюдном нашем приговоре 
объявлена виновною любовь.

Укутавшись туманами и снами,
ушла, шепча прощальные слова,
туда, где ей нужно оправданий –
в пределы, где она всегда права.


Рецензии