Оливер Голдсмит. Элегия на смерть бешеного пса

Elegy On The Death Of A Mad Dog

        Good people all, of every sort,
          Give ear unto my song;
        And if you find it wond’rous short,
          It cannot hold you long.

        In Islington there was a man,               
          Of whom the world might say,
        That still a godly race he ran,
          Whene’er he went to pray.

        A kind and gentle heart he had,
          To comfort friends and foes;               
        The naked every day he clad,
          When he put on his clothes.

        And in that town a dog was found,
          As many dogs there be,
        Both mongrel, puppy, whelp, and hound,      
          And curs of low degree.

        This dog and man at first were friends;
          But when a pique began,
        The dog, to gain some private ends,
          Went mad and bit the man.               

        Around from all the neighbouring streets
          The wond’ring neighbours ran,
        And swore the dog had lost his wits,
          To bite so good a man.

        The wound it seem’d both sore and sad       
          To every Christian eye;
        And while they swore the dog was mad,
          They swore the man would die.

        But soon a wonder came to light,
          That show’d the rogues they lied:         
        The man recover’d of the bite,
          The dog it was that died.

 Oliver Goldsmith
1728– 1774


Элегия на смерть бешеного пса

Честной народ, почтенный люд,
послушай песнь мою,
вниманья краткого молю–
вам долгие поют.

Жил в Ислингтоне добрый муж
и набожный при том,
тянул забот и сует гуж
с побудов до истом;

негорд,  нескуп и незлобив,
он перед Богом мал,
нагих одеждой одарив,
в поскони в храм ступал.

А рядом пёс без роду жил,
без дома и двора
весь день по улице кружил,
не то Судьбой играл.

Сперва дружили те, пока
муж хлеб ему носил,
а раз не дал– и пёс с прыжка
десницу укусил.

Не чуя ног, не видя луж,
сбежался весь народ,
твердили: бешен пёс, а муж
укушенный умрёт.

Но сталось чудо, видит Бог:
веленьем этих слов
муж исцелился, пёс издох–
лихой Судьбе назло.

перевод с английского Терджимана Кырымлы