Царь-лебедь

1часть из 5
Полет под облаками.


Под облаками, среди тысячи звёзд,
Плывёт лебедь, словно лунный мост.
Средь миллионов далёких огней,
Он ищет дорогу к землице своей.

Над высокими кручами гор,
Парит лебедь, не зная раздор.
Где птицы ведут свой вечный напев,
Он слышит родной, но далёкий припев.

С могучей грудью и гордой осанкой,
С изящной шеей, воздушной и манкой,
С глазами полными светлой печали,
Летит царь-лебедь сквозь ветры и дали.

Парит над землёй, над своей стороной,
А из глаз его падают слёзы рекой —
Хоть не по чину лить слёзы царю.
Летит и поёт, а в груди — боль и лёд.

Терпеть уж нет силы, и жизнь не идёт.
Надежда едва в сердце тихо живёт.
Я клятву принёс любимой моей —
Средь бурь и туманов, средь долгих ночей.

А слово дано — значит, буду стоять,
Ни шагу назад, ни слова менять.
Иначе не лебедь, не царь вовсе тут —
Лишь тень, что кружится, теряя свой путь.

Снова парит он с печалью в груди,
Вдаль устремляя свой взор сквозь дожди.
Глядя на матушку;землю, в молчанье застыв,
Царь прошептал: «Как же мир наш остыл!

Братья и сёстры, родные мои,
Что ж вы наделали? В чём ваши дни?
Как вы могли сотворить эту тьму,
Разрушив святую былую мечту!

Мы же ведь братья — одной крови род!
Вы предали свет, растоптали восход,
И теперь над землёю лишь пепел летит,
Надежда, как птица, в тумане молчит!,,

И катятся слёзы под сильным дождём,
И слышно, как сердце стучит под крылом —
Чуть ли не рвётся наружу, кричит,
В груди белоснежной огнём все горит.

Искал её долго — не год и не два,
Теряя надежду, он ждал сквозь года.
Ждал её, верил, что встреча придёт,
Но путь лишь безмолвный, туманный встаёт.

Искал средь высот, в лазурной тиши,
Ловил отголоски в далёкой глуши.
Сквозь дикие тропы, в холодной ночи-
Звучали беззвучно родные ключи.

Летел над равнинами, мчался сквозь дым,
И звал он любимую над миром пустым.
Хоть был он прекрасен , красив и силён,
Он верил, что свет вновь вернётся с ней в дом.

И взгляды дарили и звали с собой,
Сулили и счастье, накрывая волной.
Но сердце его знало: вот она одна,
Она лишь Господом ему всегда была дана.
Как тихий свет, что греет сквозь года.

Сквозь пламя и волны,
Сквозь тьму и года,
Сквозь штормы и бури он мчался туда,
Где сердце шептало: «Лишь с нею — живой»,
А мир без неё был пустой и чужой.