Клара Шуман

1835 год, Лейпциг, зал Гевандхауса. На сцену выходит девушка и садится за рояль.
Она играет собственный фортепианный концерт. За дирижёрским пультом — Феликс Мендельсон. Ей шестнадцать лет.
 
Через два года Вена будет сходить по ней с ума. В восемнадцать она получит звание императорской и королевской камерной виртуозки. Её концертная карьера продлится больше шестидесяти лет.
 
А сегодня большинство знает её прежде всего как жену Роберта Шумана.

Клара Вик была знаменита задолго до этого брака. Её отец, известный фортепианный педагог Фридрих Вик, готовил дочь к профессиональной сцене с раннего детства и чрезвычайно системно. Публичный дебют — в девять лет. Гастроли — подростком.

Ею восхищались Гёте и Паганини. С ней были знакомы Шопен, Лист, Мендельсон.
В Вене 1837 года вокруг неё начался настоящий ажиотаж — современники говорили о «лихорадке Клары Вик».

Так что в брак с Робертом она вошла не безвестной девушкой, а известной всей Европе пианисткой. И композитором.
 
Сочинять она начала ещё ребёнком. Тот самый концерт ля минор писала с тринадцати лет — Роберт помогал ей с оркестровкой.
 
Она продолжала писать и дальше — камерную музыку, песни, фортепианные сочинения. Её вещи публиковались и исполнялись.
 
Но пространства для них становилось всё меньше. В семье родилось восемь детей. Нужно было концертировать, преподавать, вести дом. А потом тяжело заболел Роберт.
 
И вот что важно понять про её концерты.
Сегодня вечер с музыкой Баха, Бетховена, Шуберта или Шопена кажется самой естественной вещью на свете.
Но в молодости Клары публика часто приходила прежде всего посмотреть на виртуоза — и услышать эффектные пьесы, написанные для его собственного блеска.
Клара начинала внутри этой культуры. А потом стала играть другое.
Она была среди тех, кто помог сместить сам центр концерта: от «посмотрите, как играет артист» — к «послушайте великое произведение».
 
1854 год. Роберт оказывается в лечебнице. Клара беременна восьмым ребёнком. Через два года он умирает.
Ей тридцать шесть. Казалось бы, здесь карьера должна закончиться. Она начинается заново.

Именно после 1854 года наступает самая интенсивная фаза её жизни на сцене: в среднем около тридцати семи концертов за сезон.

Она снова ездит по Европе — от Германии и Австрии до России и Англии. В Британию возвращается снова и снова.
 
Последний публичный концерт — 1891 год.
От дебюта девятилетней девочки до последнего выхода на сцену прошло больше шестидесяти лет.
 Всё это время она играла музыку Роберта. Работала с его рукописями, участвовала в подготовке первого полного собрания его сочинений.
 
История запомнила её как жену Роберта Шумана. Но она стала одним из главных проводников его музыки после его смерти.

Поддерживала она и новую музыку. Молодой Брамс был одним из тех композиторов, чьи сочинения Клара обсуждала, исполняла и помогала знакомить с ними публику.

1878 год. Кларе пятьдесят девять. Её приглашают преподавать в новую консерваторию во Франкфурте — для женщины назначение исключительное.
Попасть к ней было трудно. Ученики ехали со всей Европы и из-за океана: немцев среди них была лишь примерно треть.
К ней специально приезжали учиться.

Клара умерла в 1896 году — буквально на пороге эпохи звукозаписи. Её игру мы услышать не можем.

Но некоторые её ученики дожили до времени граммофона и оставили записи. Эхо её школы сохранилось в чужих руках.

И вот в чём ирония.
Женщина, которая десятилетиями сохраняла музыку Роберта, поддерживала Брамса, возвращала публику к Баху и Бетховену и учила следующее поколение, — сама почти исчезла из концертной жизни, как композитор.
 
Осталась великая пианистка. Осталась жена Шумана.
А её собственная музыка вернулась в программы и записи только в последние десятилетия.

Она всю жизнь помогала чужой музыке пережить своё время. А чтобы всерьёз услышать её собственную, понадобилось почти столетие.
Поэтому сегодня стоит вернуться туда, откуда всё началось: к шестнадцатилетней Кларе, вышедшей на сцену Гевандхауса играть собственную музыку.


Из сети