Петля мертвой просеки I Мистика до дрожи

Опытный геолог Андрей всегда говорил новичкам: «Тайга не прощает ошибок, но еще больше она не любит самоуверенных». За пятнадцать лет экспедиций он исходил сибирские леса вдоль и поперек. Он знал, как звучит падающее в километре дерево, как пахнет приближающийся медведь и как обманчив мох на болотах. Но то, с чем их тройка столкнулась в районе притока реки Подкаменная, не поддавалось никакой логике.
Их было трое: Андрей - начальник отряда, Вадим - молодой и амбициозный картограф, и Серёга - молчаливый буровик, мужик косой сажени в плечах, прошедший с Андреем не одну экспедицию. Задача стояла рутинная: разметить квадрат для будущей сейсморазведки. По всем картам, включая новейшие спутниковые снимки, этот район был чистым, нехоженым массивом вековой лиственницы.
Странности начались на четвертый день пути, когда они углубились в глухую чащобу.
- Андрей, глянь на прибор, - Вадим остановился, недоуменно встряхивая защищенный армейский GPS-навигатор. - Экран скачет. Спутник то ловит все двенадцать каналов, то теряет в ноль. И компас... смотри.
Андрей подошел ближе. Стрелка старого, проверенного временем жидкостного компаса на его запястье лениво, но непрерывно вращалась по часовой стрелке, словно под ламинатом земли крутился гигантский магнит.
- Магнитная аномалия, - глухо отозвался Серёга, сбрасывая с плеч тяжелый рюкзак. - Железняк в породе. Бывает.
-Возможно, - Андрей огляделся.
Лес вокруг казался непривычно массивным. Деревья-великаны стояли так плотно, что сквозь их кроны почти не пробивался дневной свет. Но пугало другое. В тайге всегда что-то происходит: трещит сорока, жужжит гнус, шуршат мыши в подстилке. Здесь же стояла мертвая, вакуумная тишина. Воздух казался застоявшимся, тяжелым, с легким, едва уловимым сладковатым привкусом, похожим на запах прелых, загнивающих листьев. Они решили пройти еще пару километров до захода солнца, чтобы выйти к ручью на ночевку. Спустя полчаса заросли лиственницы резко оборвались, и мужчины вышли на идеально круглую поляну диаметром около пятидесяти метров. В самом центре этой поляны стояла старая, выцветшая брезентовая палатка советского образца. Ее бока поросли зеленым мхом, а один край был разорван, обнажая внутреннюю темноту.
- Ничего себе, - Вадим тут же достал камеру. - Тут кто-то был до нас? На картах нет отметок о старых базах.
- Стой где стоишь, - резко скомандовал Андрей, перехватывая ремень карабина на плече. Профессиональное чутье, спасшее ему жизнь десяток раз, сейчас буквально кричало об опасности. Палатка выглядела так, словно простояла здесь лет тридцать, но брезент не сгнил окончательно. Вокруг нее не росла трава — земля была черной, выжженной или отравленной.
Серёга медленно подошел к палатке и заглянул внутрь через разорванный полог.
- Андрюх... иди сюда, - его голос, обычно твердый и басовитый, сейчас дрожал. Андрей подошел и направил луч мощного тактического фонаря в глубь брезентового домика. На земляном полу, укрытые полусгнившими спальными мешками, лежали три человеческих тела. Из-за сухого таежного воздуха они частично мумифицировались. На их костях еще сохранились остатки штормовок и свитеров. Но самым страшным было не это.
Андрей присмотрелся к одежде лежащей ближе всех мумии. На груди истлевшей куртки была приколота небольшая металлическая эмблема - знак почетного геолога РСФСР. Точно такой же знак, с легкой царапиной на левом крыле, сейчас висел на куртке самого Андрея. Это была его собственная куртка.
- Что за бред... - прошептал Вадим, отступая назад и едва не падая. - Это... это манекены? Чья-то шутка?
Андрей молча посветил на второе тело. Из-под капюшона спальника торчал череп, обтянутый желтой кожей, но на руке трупа тускло поблескивали массивные часы командирского типа с треснувшим стеклом. У Серёги на левом запястье были точно такие же часы. С той же самой трещиной в форме полумесяца.
- Уходим. Немедленно,- металлическим голосом произнес Андрей. Страх, ледяной и первобытный, сковал его внутренности. Он не знал, что это - массовый психоз, галлюцинация от болотных газов или изощренная ловушка, но оставаться здесь было равносильно смерти. Они развернулись и бросились назад в лес, в ту самую просеку, откуда пришли. Они бежали быстро, ломая ветки и задыхаясь. По расчетам Андрея, через двадцать минут они должны были выйти к скальнику, где можно было закрепиться и дождаться рассвета. Тайга стремительно погружалась в сумерки. Черные стволы деревьев мелькали по бокам, словно решетка бесконечной клетки.
Прошло полчаса. Скальника не было. Лес не менялся.
- Стой! - тяжело дыша, крикнул Вадим, падая на колени. - Я больше не могу... Куда мы бежим?
Андрей остановился, прислонившись спиной к стволу вековой ели. Сердце колотилось в ушах, как сумасшедшее. Он посмотрел на часы. Они бежали ровно сорок минут. Направление держали строго по солнцу, пока оно не село. Они должны были уйти от проклятой поляны минимум на три километра.
Впереди послышался хруст веток. Мужчины мгновенно подобрались. Серёга схватился за топор, Андрей вскинул карабин, целясь в сгущающуюся темноту между деревьями. Заросли лиственницы расступились. И они... снова вышли на идеально круглую поляну. В центре, в мертвенно-серых сумерках, стояла та самая брезентовая палатка, поросшая мхом.
- Нет... нет, нет, нет! - Вадим схватился за голову, его голос сорвался на крик. - Мы шли прямо! Я следил за солнцем! Мы не могли повернуть!
- Мы зациклились, - Серёга тяжело опустился на поваленное бревно на краю поляны. Его лицо в полумраке казалось бледным, как полотно. - Это петля, Андрюх. Нас закрутило.
Андрей заставил себя сохранять спокойствие, хотя внутри все дрожало. «Спокойно, - твердил он себе. - Земля круглая, но не до такой же степени. Мы просто сделали крюк из-за паники. Лес ночью обманчив».
- Слушать мою команду, - твердо сказал начальник отряда. - Панику отставить. Достаем фальшфейеры и мощные фонари. Встаем в цепочку с интервалом в пять метров. Вадим идет первым, контролирует направление по последнему ориентиру. Я замыкающий. Идем медленно. Не ломимся. Мы выйдем отсюда.
Они двинулись снова, но уже в противоположную сторону от поляны. Каждые сто метров Вадим делал затесы топором на стволах деревьев - глубокие, белые раны на коре, которые невозможно не заметить. Они шли медленно, аккуратно, вглядываясь в каждый куст.
Прошло пятнадцать минут.
- Смотрите! - радостно воскликнул Вадим, указывая вперед фонарем. - Впереди белая отметка на дереве! Мы вышли на чью-то старую тропу! Мы спасены! Они подбежали к дереву. На стволе действительно белел свежий, сочащийся смолой затес от топора. Андрей посветил на него, и радость мгновенно сменилась леденящим ужасом. Затес был сделан их собственным топором. Чуть ниже на коре виднелась косая отметина - Серёга промахнулся при первом ударе пятнадцать минут назад.
Они не просто шли по кругу. Они шли по собственным следам, которые вели назад.
Вдруг Вадим остановился как вкопанный. Его фонарь выпал из рук, покатившись по мху и высвечивая узловатые корни деревьев.
- Андрей... Серёга... - тихо, срываясь на хрип, позвал парень. Он указывал пальцем куда-то вперед, в темноту между деревьями.
Там, в паре десятков метров от них, прямо на просеке, стояли три человеческие фигуры. Они стояли спиной к геологам, неподвижно, опустив руки. На них были точно такие же штормовки, рюкзаки и кепки.
- Эй! Кто там?! Помогите! - крикнул Вадим прежде, чем Андрей успел зажать ему рот.
От крика три фигуры впереди медленно, неестественно синхронно начали поворачивать головы назад. Не всем телом, а именно шеями, со страшным, сухим хрустом ломающихся костей.
В луче падающего фонаря Андрей успел разглядеть лицо одной из фигур, повернувшейся больше всех. На него смотрели его собственные, лишенные зрачков, затянутые белой пеленой глаза на полусгнившем, иссохшем лице. Фигура уродливо, беззубо улыбнулась и сделала шаг навстречу.
- Бежим!!! - рявкнул Андрей, стреляя в темноту из карабина.
Оглушительный грохот выстрела на секунду разорвал вакуумную тишину тайги. Они бежали так, как не бегали никогда в жизни. Вадим вырвался вперед, крича от безумного страха. Серёга тяжело топал следом. Андрей замыкал, постоянно оборачиваясь и стреляя на каждый подозрительный звук за спиной. Им казалось, что деревья вокруг начали двигаться, сужая просеку, а мох под ногами стал мягким и вязким, словно болотная жижа, пытающаяся утянуть их вниз. Спустя несколько минут безумного бега деревья снова расступились. Перед ними снова была та самая круглая поляна. Но теперь палатка в центре была открыта. Из нее медленно, по-пластунски, вылезали три мумифицированных тела, шурша сухим брезентом. А сзади, со стороны леса, к поляне подходили те три фигуры, которые они встретили на просеке. Ловушка захлопнулась. Петля затянулась. Вадим, полностью потеряв рассудок, бросился прямо к палатке, надеясь прорваться сквозь нее, но корни деревьев на краю поляны резко взметнулись вверх, словно живые щупальца, и с силой обрушились на парня, вминая его тело в черную землю. Серёга попытался ударить топором по подползающей к нему мумии в командирских часах, но его руки вдруг обмякли, налились свинцом, а топор со звоном упал на камни. Андрей вскинул карабин, приставил дуло к собственному подбородку. Он понимал, что это единственный способ не стать частью этого проклятого места. Он зажмурился и нажал на спуск. Раздался сухой, пустой щелчок. Осечка.
Андрей судорожно передернул затвор, но патрон заклинило в патроннике. В этот момент холодные, сухие пальцы мертвеца с эмблемой почетного геолога мягко, но мертвой хваткой легли ему на плечо. Из разорванного рта мумии вырвался тихий, застоявшийся воздух, который прошептал прямо в лицо Андрею:
- Не дергайся, Андрюша... Скоро этот круг закончится. И начнется следующий.
Андрей почувствовал, как его сознание начинает стремительно угасать, а тело - каменеть, покрываясь сухой, желтой кожей. Последнее, что он увидел перед тем, как окончательно провалиться во тьму - это как Вадим и Серёга, с абсолютно белыми глазами, покорно ложатся внутрь старой брезентовой палатки, занимая свои места в спальных мешках... чтобы через тридцать лет снова проснуться и встретить самих себя.

Ссылка на видео: https://youtu.be/fJdC5oDJdLA
Читает автор Александр Лорд (Александр - Просто ежик)