Он трепет, трепетно стучит, стуча,
трепещет и ворчит, как осёл,
смотря на новые ворота,
стучит и трепет, словно про себя моля:
«Остановиться сложно, но открой
сейчас же мне, помилуй ты меня,
того, кто под дверями жалостно скрипит,
того, чья тяга к алкоголю безмятежно небрежна,
чей взор, окутав небеса и трепет,
яростно гнобя, струясь под зарёю безмятежной».
Он придёт в свой родимый дом,
и в пьяном угаре лежит и вздымает,
и споёт здесь разом в нём:
«Да, отчего-шь мне так хорошо?
Высок и стаж, высок и гонор ясен,
да что ж, я такой гуляка,
и знает каждая собака
мой громкий и похвальный гласс».
И в чахлой квартире обитает он.
А разве от этого легче?
Да что там — в квартире,
иногда на асфальте,
а позже на лавочке спит.
Жизнь пьяницы
© Copyright: Кожарский Никита, 2026
Свидетельство о публикации №126091206275
Свидетельство о публикации №126091206275
Рецензии