Вновь играют ноктюрн у двери половицы...

Вновь играют ноктюрн у двери половицы,
И ночник бает сказы про добрых людей.
Укрывают меня сладких грёз вереницы,
Разлетаются всюд мои думные птицы,
Схоронился средь них жданный сон-прохиндей.
 
Подле дома фонарь развальяжничал светом,
Мня себя в этом мире первейшей луной.
И мерцанием звёзд ему шлётся памфлетом,
Уперждение в том, что светлы ночи летом,
Заступает на пост младый месяц срибной.
 
И, любуясь собой в отражении глади,
Присмиревшей до срока, упрямой реки,
Фероньерки вплетает красавицам в пряди,
Приглашая участвовать в тайном обряде,
Коий тех объеднает, кто так далеки.
 
Спит в ветвях, вновь оживших, силач вольный ветер,
Разметал по округе слушки, балагур –
Первогромом стращал, мол придёт на рассвете,
Предвещать благодати о ласковом лете, –
Облака днём сплетая в вечерний ажур.
 
И подумалось вдруг – раз доступны красоты,
Если миру дивуюсь стократ, вновь и вновь,
Значит песни не спеты, не найдены ноты,
Пусть пылятся до срока мои эшафоты,
Сердце точно живо, не кремень, в нём любовь.