***

Закатный август закатал штанины,
Зашел в сентябрь не на половину
И, потоптавшись там, полез к гнезду
На иве - зажигать мою звезду
В спокойном небе, синем и прохладном,
Стремящемся и вверх, и в водоем.
А я стояла вся в слезах, и - ладно!
Сентябрь был дождливым. Мы вдвоем
Стояли поперек. Привычных смыслов
Не наблюдалось, как и в вышине
Не видно было звездочки анисной,
Но было очевидно - будет мне!
И не убудет сила размышленья
В уставшей голове - душе идей,
Когда и если будут сняты шлемы
Разбитые от битвы и дождей,
И мысли пущены, как хлебы в уток,
Подальше, поживее - в глубину!
И пусть их ловят птицы и, без шуток,
Совсем другое посылают дну,
Дающему примеры разложенья
Тревоги на смирение и сон.
И все сойдет, что ни пошлет сраженье
За мир душевный, в тот Обливион,
Что Бог создал в единый выдох с нами,
Тревожными, как будто не в Отца,
Чтоб остудить и землю с небесами,
И головы, не остудив сердца,
Не осудив... Негоже брать не наше,
Что не по росту, не по ширине
И Богово вообще, и пить из чаши,
Забыв, зачем она дается... Не
Забвенное спокойствие, но правда
О постоянстве трудных сентябрей
И дивных августов - других не надо -
Восходит правда и взойдет скорей,
Чем колос, в поле сердца, утомленном
Суровой пахотой в грозу и снег.
И в одиночку. Признаю законным
И разделяю, грешный человек,
Я это бремя с Сеятелем Вечным.
Внизу, и кто бы что бы ни сказал, -
Стою и вверх смотрю, и человечно
Мне небо льется в душу и глаза.



Москва, 12.09.2026