Комната для Ничто

Мой дед был герой вдвойне:
Он умер не на войне,
Не в госпитале утих,
Увечьями облепив,
Не иссяк в городском тылу,
Трудовую тащив руду,
Не последствиями ранений
В кабинете, где в рамке ленин,
И не в затхлости кабака,
И не в дряхлости старика.
Секрет в том, что он не был дедом,
А реальности диссидентом.
Он не слушал лошадок топот,
А имел невозможный опыт:
В коммунально-прогорклой кухне
Он увидел — пространство тухнет,
И сжимается бытие,
И выталкивает вовне
Многомерных и сложных линий.
Дед — бесчисленность в перспективе.
Он увидел вовне себя же
В нескончаемом саквояже.
Время липкое, словно воск, —
Видел то, что не может мозг:
Все события планомерно
Протекают одновременно.
Вся история, как река
Из сгущённого молока,
Что прошло, да и то, что будет, —
На одном оказались судне.
Рядом с ними дрожит тревожно
Что вообще было невозможно.
На плечах молодых Атлантов —
Скалы каменных вариантов.
Мир событий творится сразу,
Явь пульсирует от оргазма.
Миллиарды миров вращались,
И творились, и обобщались,
Вся бесчисленность яро злилась
И в секунду производилась.
Ну а в центре дырой причала
Бездной страшной НИЧТО торчало —
Ungrund — центр того, чего НЕТУ.
И смотрело ОНО на деда.
Словно плыть по сухой реке,
Это молвить на языке:
В беспредельной и вечной яви
Против друга они стояли.


Сколько мимо эпох минуло?
Кухня смотрит глазами стула.
Конденсатом текла посуда —
Явно то, что прошла секунда.
Что секунда в себе вмещала —
Человека пересобрало.
Старый поезд — трясется тело,
Что пространство преодолело.
Как улитка ползет в кровать,
Чтобы память себе стирать.
Амнезия не получалась —
НИЧТО с дедом в тот миг венчалось.
Одевает очки, пальто.
Дед стал комнатой для НИЧТО.
Оно видит его глазами,
Ищет мятый билет в кармане.
Вонь резины, свекла в земле —
Оно чувствует бытие.
Хирургически изучает,
Что вселенная излучает,
Как вибрирует мир из струн,
Постигает сквозь деда ум,
Как зима есть посредством снега,
Ничто есть через человека.
Из души бесконечных дыр
Оно лезет в привычный мир.
В отрицании существует,
Как пейзаж, что душа рисует.
Оно ЕСТЬ, потому что НЕТ,
Человек льет на это свет.
Всю реальность вокруг вращало,
Деда медленно замещало.
В коммунальный вросло уют,
Где обои со стен встают.
А во время прогулки в среду —
Совершенно не стало деда.
Ничто пило земной рельеф,
В человеческий ум прозрев.
Через бездны глазных отверстий
Вмиг впитала реальность версий.
С бесконечной дырой внутри
Топчет мнимую явь земли.
Всей возможностью ощущений
Оно выжрало плоть явлений
И, сорвав бытия венец,
Мир всосало, как леденец.