Ни жизни, ни смерти

Помню, как пульс колотил в виски, когда рушился первый дом.
Потом было солнце, потом был лёд, и всё поросло быльём.
Когда тебя на осколки и пыль разносило - трижды, подряд не спеша,
Ты вдруг понимаешь: любая стена - это просто кусок стекла.
Страх - это роскошь для тех, кому есть ещё что терять,
Кто верит часам и боится не встать, ложась на свою кровать.
Но если ты видел, как время гниёт, и сам собирал свой прах,
Внутри затихает животный скулёж, рождается чистый замах.
Жизнь не укусит - её зубы сломал. Смерть не пугает - мы квиты.
Я вышел из комы, и все мои страхи в землю под ногами зарыты.

Не боюсь ни жизни, ни её огня,
Пусть сжигает всё, что так дорого для меня.
Не боюсь ни смерти, ни её тишины,
Ведь мои шаги вечностью спасены.
Не боюсь ни жизни, ни её цепей,
Что держали в рабстве тысячи людей.
Не боюсь ни смерти, ни её немоты,
Ведь за чертой конца - мои же следы.

Два берега речки, но мост неделим, и сходятся стрелки вдоль.
Смешно разделять на тепло и гранит эту сквозную боль.
Жизнь - это вдох, затянувшийся крик, попытка поймать экран.
Смерть - это выдох, секундный блик, финал затянувшихся ран.
Они как двойняшки: у обеих в руках одинаковый острый нож.
С одной ты торгуешь своей душой, с другой - изобретаешь ложь.
Свет, темнота - это та же петля, просто разный оттенок шва.
Какая разница, где замолчит твоя неспокойная голова?
Я балансирую на полосе, где стирается эта грань.
Две стороны одного рубля. Мы платим вечную дань.

Не боюсь ни жизни, ни её огня,
Пусть сжигает всё, что так дорого для меня.
Не боюсь ни смерти, ни её тишины,
Ведь мои шаги вечностью спасены.
Не боюсь ни жизни, ни её цепей,
Что держали в рабстве тысячи людей.
Не боюсь ни смерти, ни её немоты,
Ведь за чертой конца - мои же следы.