Пилатовский подбой

Манил меня пилатовский подбой
из красного, как магия, атласа.
Он вился змеем на ветру, живой,
и проникал повсюду, как домой, —
от галльских стен и вот до Монпарнаса.

Он захватил картины и шелка,
как дань, что просит жертвоприношенья.
Он стал ценой и цветом кошелька
и кровью, что струится сквозь века,
и вился дальше — но без приглашенья.

Он обвивал колонны, словно плут,
скользил по мостовой, будил постели,
вином собою наполнял сосуд,
как будто сам Пилат, забыв про суд,
бродил по улицам — без цели.

И в «Улье»[1] ночью цвет горел на шторе.
Художники мешали краску с пылью,
и красный шёлк расцвёл мареной в споре —
как занавес, за коим длится драма:
художник сам себе и суд, и судья,
и подсудимый; он, холст любя,
проводит по нему рукой, как по щеке.
Что ни мазок — Голгофа, но незримо
в нём воскресение встаёт за тьмою.

А дальше — в Рим, коснуться красной каппы,
где кардиналы шепчутся в тени.
Их пурпур — не цветок, а цвет расправы.
От Сены к Тибру все пути багряны,
всё та же ткань — с оттенками любви.

Он вился в залах Ватикана тихо.
Брела я следом, словно тень Пилата.
Цвет мантии Елены — плоть жены[2].
Он не подбой — он вечности портниха.
И всё, что он принёс, — моя расплата.

И в красном шёлке, что вёл меня сквозь строй,
живут любовь, и жертва, и разлука,
и воскресение после тьмы ночной.
От галльских стен до римских базилик —
всё тот же цвет: и грешен, и велик.

---

[1] «Улей» (La Ruche) — знаменитое общежитие художников на Монпарнасе, основанное скульптором Альфредом Буше в 1902 году. Здесь жили и работали Марк Шагал, Хаим Сутин, Амедео Модильяни, Фернан Леже и другие. Название дано по форме здания — бывшего павильона вин Всемирной выставки 1900 года.

[2] Святая Елена обрела Крест Господень. Веронезе изобразил её молодой и цветущей, хотя по житию ей было уже немало лет. Искусствоведы полагают, что моделью стала его жена, тоже Елена: для праведника нет возраста, а время — вечность.

Иллюстрация: Паоло Веронезе. «Святая Елена». Ок. 1580. Ватиканская пинакотека.