Вспоминая Виктора Цоя
Я устал от чужих городов
Виктор Цой, «Сосны на морском берегу»
Город не иначе —
сплошь морской причал.
Кто-то на удачу
песню прокричал.
Прокричал и, вроде,
не найти следа.
Корабли уходят,
каждый — кто куда.
У морского бога
свой особый счёт:
кораблям — дорога,
крикунам — почёт.
Крик летит, отчаян.
Волнами — вода.
Над водою чаек
бесится орда.
Певец
Открылась бездна, звезд полна
М.В. Ломоносов
Закройте бездну насовсем
и даже напрочь.
Ни аксиом, ни теорем
не надо на́ ночь
бубнить неистово под нос
желанья ради
уснуть, — я, видно, не дорос
до благодати,
до всё прощающего сна,
до сновиденья,
в котором птички да весна,
покой, спасенье...
Блаженны спящие — они,
конечно, правы.
А мне мерещатся огни
всемирной славы,
стихов, мелодии, чудес,
гитарных соло,
чтоб докричаться до небес
легко и скоро,
чтоб докричаться, наконец,
до человека,
как тот единственный певец
былого века.
Сапоги
Я никому не хочу ставить ногу на грудь
Виктор Цой, "Группа крови"
Люди ходят по мосту;
в сапогах и на посту,
потому что у реки
нынче водятся враги.
Я врага найти не смог.
На моей ноге сапог.
Нет второго сапога,
унесла его река.
Мост один, река одна.
Не достать ногой до дна.
Не найти сапог уже.
Я плыву настороже.
Всё мне кажется, врага
встречу я наверняка.
Нет врага, куда ни глянь.
Пропадаю, дело дрянь.
Зря я встал не с той ноги.
Зря напялил сапоги.
Зря поверил во врага.
Не доплыть до бе...ре...га...
Свидетельство о публикации №126091106111