Братство моря и ветра

Виндсерфинг — один из самых удивительных видов спорта, потому что человек, летящий по волнам на доске с парусом, находится в равновесии сразу с несколькими стихиями: с ветром и с водой. Происходит настоящее чудо: ты оказываешься в невесомости. Серфер висит на специальной трапеции, пристёгнутый к гику паруса, и, когда доска глиссирует по волнам, нагрузка на серфера почти отсутствует, ты находишься в невесомости. Ты не борешься с морем — ты паришь над ним. Это потрясающее чувство полёта, которое невозможно объяснить словами; его можно только пережить.

В Египте, на Синайском полуострове, на берегу Красного моря, есть удивительное место — посёлок Дахаб, настоящая Мекка виндсёрфинга. Вдоль берега там стоят русские, немецкие, итальянские станции проката. Из-за разницы температур между морем и пустыней почти каждый день дует термальный ветер, и кататься можно круглый год. Поэтому сюда съезжаются со всего мира люди, которые любят ветер, море и свободу.

Две самые большие русские станции называются «Пять Квадратов» и «Ветратория». Но самое удивительное — несмотря на то что есть станции немецкие, итальянские, русские, каждый вечер в зонах чилаута собираются люди со всех стран. Ты просто идёшь по берегу и смотришь, где что интересного происходит. Здесь прямо на песке крутят потрясающий фильм — приходишь, садишься у моря и смотришь на большом экране под плеск волн. На соседней станции учат танцам: хастлу — это смесь танго и акробатического рок-н-ролла. А дальше горит большой костёр, и вокруг него сидят люди, передавая по кругу напитки. Кто-то пьёт чай, кто-то что-то покрепче, и в этом круге оказываются рядом русские, немцы, итальянцы, англичане — и находят, о чём поговорить, передавая друг другу бутылку водки или виски. Всех этих людей объединяет одно большое увлечение — море и ветер. Знание языка становится ненужным: можно объясниться жестами, мимикой или просто дружескими объятиями.

Условия для катания там устроены идеально. Сначала идёт закрытая от ветра бухта с небольшим постоянным ветром — там учатся новички. Дальше начинается скоростная зона — спид-зона, зона сильного ветра. Из-за особенностей берега там есть коса, на которой ветер разгоняется и усиливается в несколько раз. В спид-зоне можно отрабатывать элементы акробатики с парусом или просто гонять на огромной скорости наперегонки друг с другом. Главное — там стабильный сильный ветер.

А дальше идёт вэйв-зона — зона волн. Она отделена от спид-зоны коралловым рифом, и самое важное: там не работают спасатели. Ты уходишь туда на свой страх и риск. На другом берегу уже Иордания, так что, если что-то случится, быстро окажешься в другом государстве.

Когда гоняешь под парусом, запоминаются, конечно, больше всего экстремальные ситуации, а не просто радость от владения стихией. Так и я в один прекрасный день, накатавшись в спид-зоне, пошёл в вэйв-зону — попрыгать на волнах. Волны были метров до двух-трёх, ветер сильный, отжимной, в сторону Иордании.

В какой-то момент я чувствую, что лечу с волны, а парус отделился от доски — сломался шарнир. Доска полетела в одну сторону, парус — в другую. Я зазевался: вместо того чтобы сразу хватать доску, начал возиться с парусом, а доска в это время на огромной скорости пошла в сторону Иордании.

Я начал изо всех сил грести, чтобы её догнать. Доска была прокатная, и потом пришлось бы долго объяснять, как это я вернулся без снаряжения. Плыву, значит, изо всех сил — и вижу, что, несмотря на всю мою скорость, доска удаляется от меня быстрее, чем я её догоняю. И тут я начинаю понимать, что, скорее всего, придётся плыть больше десяти километров до берега Иордании. Задачка для непрофессионального пловца — ещё та.

На мою удачу, в зоне катались ещё трое спортсменов. Как потом выяснилось, ребята были немцами. Они, увидев такую кризисную ситуацию, очень быстро сориентировались. Один подплыл ко мне и спросил, всё ли в порядке. Я показал, что жив-здоров. Второй быстро догнал на своей доске мою уплывающую доску и остановил её. А третий вернулся в спид-зону и поднял на специальном плоту аварийный флаг — вызов спасателей.

Спасатели там работают отлично. Буквально через несколько минут подошла моторная лодка, посмотрела мой парус и сказала: «У тебя вырвало гайку на шарнире. Можем дать новый шарнир — если есть силы, можешь плыть дальше сам». Молодцы, конечно. Я говорю: «Давайте шарнир, я ещё покатаюсь». В общем, из последних сил кое-как добрался до берега, благополучно сдал оборудование в прокат в целости и сохранности. В этот день удача была на моей стороне.

Но самым удивительным было продолжение. Вечером, сильно вымотанный, я решил пойти в сауну — попариться. Захожу внутрь и вижу картину: сидит абсолютно голый молодой парень, как я сразу понял, немец. Рядом с ним две девушки топлес — смотрю, наши, русские. Парень немного говорил по-русски, поэтому мы кое-как разговорились. Он начал рассказывать, что у них так принято: в бане надо быть только голыми, его с детства так приучили, по-другому он не может.

А потом он мне заявляет: «Ты знаешь, а сегодня наши ребята спасли какого-то русского. Он уже на полпути к Иордании собирался кормить акул, а мои друзья его вытащили».

Я говорю: «Да это же я был! Спасибо, что у тебя такие друзья — откуда ни возьмись приплыли. А то я и правда, наверное, кормил бы акул».

Смотрю — девчата уже всё ближе и ближе к нему подвигаются. Ну, думаю, парень классный, один сегодня ночью не останется.

Конечно, очень здорово, что на воде действуют правила взаимопомощи и взаимовыручки. Никто не смотрит, из какой ты страны, — все друг другу помогают. Чуть позже я познакомился с его друзьями и приобрёл прекрасную компанию для следующих небезопасных выходов в вэйв-зону.

Вот так и живёшь: сегодня тебя вытащили немцы, завтра ты вытаскиваешь кого-то ещё. Море не делит людей на своих и чужих — оно просто проверяет, умеешь ли ты держать равновесие. И не только на доске.