Эквадоптер ровно смотрит в горизонт

Григорий всегда хотел быть эквадоптером.
Он даже сбрил себе все волосы с рук, как поступают настоящие эквадоптеры.
Но в прошлом году его не взяли по причине недостаточного умения.
А в этом году причина оказалась совсем непонятной.
Сказали, что он неправильно понимает суть того, что такое быть эквадоптером.
А чего же там понимать, ведь всё просто...
1. Ровно смотри в горизонт.
2. Ежедневно принимай червяной порошок.
3. Помни на зубок семнадцать основных звуков торжественного умиротворения.
...
Всё это, как и другие двадцать девять правил эквадоптера Григорий знал, как свои четыре пальца.
Ни о какой сути нигде не упоминалось.
- Что же им ещё нужно, - думал Григорий, сортируя коричневые стручки у себя в водной.
И тут его осенило.
- Ну конечно! Это же так просто!
Григорий отбросил сортировочную машинку, накинул палевый паланкин, ровно взглянул в горизонт напоследок и выбежал прочь.
Когда он заметил первого прохожего, он сбавил темп, вспомнив о том, что настоящие эквадоптеры никогда не бегут в спешке.
Они бегут только не спеша, либо спешат, но не бегом.
Однако, в его голове росла и ширилась, как улыбка на лице, непревзойдённая мысль.
Добежав... нет-нет... достигнув целевой околицы, Григорий остановился и ровно посмотрел в горизонт.
Он отточил этот навык до совершенства, и сейчас это помогло ему принять подобающий облик.
Руки в карманах, спина слегка выгнута назад, все мускулы лица расслаблены, как отглаженное полотно союза.
Григорий отворил калитку ногой, не резко, а плавно и с достоинством настоящего эквадоптера.
Он прошествовал через двор, напевая главный звук побуждения к действию.
Остановившись перед крепкой, массивной дверью, Григорий замер в тишине ровно на семнадцать секунд...
А затем, без дополнительного размаха, он ударил лбом прямо в центр двери и снова откинулся назад на выверенный градус.
Спустя семнадцать секунд Григорий услышал за дверью тяжёлые шаги, направляющиеся к нему.
Дверь распахнулась...
Собрав всю волю в кулак, Григорий, стоя лицом к лицу с открывшим, посмотрел ровно в горизонт, не отводя при этом взгляда от... от целевого индивида
- Я вижу, ты, наконец, стал непрост, - сказал индивид, - так что теперь, хочешь сказать, ты понял суть того, что такое быть настоящим эквадоптером?
Вместо ответа Григорий, не вынимая рук из карманов, поблёскивая золотым измерителем на гладко выбритой, лоснящейся руке,
но не сверяясь с ним, точно через семнадцать секунд, без дополнительного размаха ударил своим лбом прямо в лоб этого торжественного индивида,
который, к слову, являлся главным распределителем и мог лишить его возможности стать эквадоптером на ближайшие семнадцать лет.
- Охохо!, - воскликнул главный распределитель.
- Ну что ж... - повторил главный распределитель, после некоторого молчания (которое, к слову, длилось ровно семнадцать секунд), -
думаю, ты понял суть. Готовься! Вскоре тебя вызовут, чтобы ты дал свои десять непреложных обещаний эквадоптера. Не опозорь горизонт, который смотрит в тебя!
После этого дверь резко захлопнулась.
Дикое счастье кипело и нарастало внутри Григория.
Но он не дал себе расслабиться.
Он развернулся через левую ногу, ровно посмотрел в горизонт, и прошёл через калитку, оставив её распахнутой, усилием воли сдерживая улыбку, потому, что его мышцы лица в этот момент были просто обязаны выглядеть как безупречно отглаженное полотно союза, и никак иначе.
Тело помнило многое.
Выученные движения не мешали его мыслям переливаться в голове... не импульсивно, а плавно, как подобает...
- Да, теперь только так... - переливал он свою мысль из переполненного в порожнее, - вот значит, в чём заключается истинная суть...
Пока Григорий следовал в установленном им направлении, он замечал, будто бы ребятишки с побочных улиц выглядывают на проспект.
Он видел их восхищённые, восторженные взгляды, но не подавал виду.
- Интересно, кто-нибудь из них сможет когда-нибудь понять, что такое суть эквадоптера...
А ведь она так проста, всё это лежало на поверхности...
Он не заметил, как в тумане мыслей на автомате добрёл до своей постройки и вошёл в соответствующие комнаты.
- Приветствуем Григория! - проскрипели разумные половицы, - есть ли у вас прогресс?
- О, да! Безусловно есть! Представь себе, я понял настоящую суть эквадоптера!
- Ого! Мы вас поздравляем с этим открытием! Желаете поделиться с нами вашей новообретённой мудростью?
- Так уж и быть, я раскрою вам эту тайну - она лежит на поверхности и была мне не видна лишь потому, что я был слишком прост.
- И в чём же она заключается?
Григорий ровно посмотрел в горизонт, выдержал паузу точно в семнадцать секунд, не сверяясь с измерителями, и торжественно произнёс:
- Эквадоптером невозможно стать - им можно только быть или не быть.

(11.09.26)