Серебро

Выброшен на берег опустевший склеп
Чьей-то неприкаянной и хромой души.
Время остановит для него свой бег,
Чтобы сон был крепок в сумрачной тиши.

Никто не узнает, как рвались его стоны,
В иле барахтаясь, борясь сам с собой.
Лишь шелестящие томные волны
Уносят всё в море, оставляя покой.

Сколько он бился в надеждах убитых,
Сколько отчаяния он превозмог,
Как было мало в его скудных силах,
Как, приняв себя, он лег на песок.

Как он, отчаявшись, рвал свою душу —
Что можно ранить, убивая в себе.
Как превратился в омертвевшую сушу,
Чтобы не грезить никогда о воде.

Как канул во мрак, обратившись осколком,
Как ликовал в омертвевшей душе,
Как в одно серое, осеннее утро
Скатилась слеза об ушедшем себе.

Как он стал отчаянием, ибо хуже не будет,
В мертвый песок закопавшись до глаз.
Никто не сочувствовал, никто не осудит —
Омыт равнодушием без лишних прикрас.

И как в неизбежности, натянувшись струной,
Он захлебнулся в сыром сентябре
И, унесённый солёной водой,
Распахнул сам себя на морском алтаре.

Волны чуть шепчут, ночь в серебре,
Он чуть качается под холодным дождём.
И только ракушки в прибрежной воде
Мерно поют свой молебен о нём.