Сентябрь над Лабой

Caucasian pop, eastern-european, Adyghe folk pop, expressive male vocal, dance beat 130 BPM, synth accordion, duduk, tambourine, melancholic but warm, autumn evening atmosphere, September, Russian lyrics.

[Verse 1 — male vocal, soft, nostalgic, accordion underneath]

Сентябрь накинул золото на плечи гор,
И Лаба потемнела, стала глубже и страшней.
Я возвращаюсь в город, где живёт мой двор,
Где каждый угол помнит меня с детских дней.

Чемодан в руке, а в голове — года,
Сколько стран перевидал, сколько видел городов.
Но когда автобус свернул на знакомый поворот,
Сердце застучало, будто в первый раз, да.

[Pre-Chorus — building, tambourine enters, vocal with warmth]

Ой, да осень над станицей — золото и медь,
Лаба дышит холодком, но не даёт леденеть.
Здесь сентябрь не грустный, он как старый друг,
Что обнимет молча и скажет: «Возвращайся в круг, да!»

[Chorus — full energy, accordion leads, duduk flourishes, warm and wide]

А я вернулся, слышите? Я дома, да!
Там, где Лаба несёт воды сквозь года,
Где горы встречают, как мать сына у ворот,
Где каждый закат — это тихий, но верный ответ!

Не надо мне столиц, не надо чужих огней —
Здесь сентябрьский вечер теплее всех морей!
Курганинск мой, я вернулся, я здесь, я живой,
И эта река — моя дорога домой, да!

[Verse 2 — male vocal, stronger, tambourine driving, heartfelt]

Вдали горят окна — значит, ужин на столах,
Значит, кто-то сидит, кому-то рассказывает сны.
Мать откроет дверь, обнимет, скажет: «Сын, ты так исхудал»,
И поставит чай, и сядет, и будет тихо, да.

А отец... отца уж нет, но я уверен, брат,
Он встречает меня там, где горы смотрят на закат.
Он не ушёл — он стал рекой, стал камнем у воды,
Он стал тем ветром, что шепчет: «Ты справился, да.»

[Pre-Chorus — building, tambourine strong, vocal with emotion]

Ой, да осень над станицей — золото и медь,
Лаба дышит холодком, но не даёт леденеть.
Здесь сентябрь не грустный, он как старый друг,
Что обнимет молча и скажет: «Возвращайся в круг, да!»

[Chorus — full energy, accordion leads, duduk flourishes, warm and wide]

А я вернулся, слышите? Я дома, да!
Там, где Лаба несёт воды сквозь года,
Где горы встречают, как мать сына у ворот,
Где каждый закат — это тихий, но верный ответ!

Не надо мне столиц, не надо чужих огней —
Здесь сентябрьский вечер теплее всех морей!
Курганинск мой, я вернулся, я здесь, я живой,
И эта река — моя дорога домой, да!

[Bridge — starts minimal, duduk only, vocal whisper, intimate, then builds]

Уехав, думал: «Не вернусь. Зачем? Там ничего.»
А оказалось — всё там. Всё, что важно, всё моё.
Не в деньгах счастье, не в столицах, не в чужих руках —
А в этом дворике, в этих стенах, в материнских глазах, да.

Здесь адыгеец-сосед несёт домашний сыр в подарок,
Здесь казак через забор кричит: «Вернулся, брат!»
И не важно, кто ты, откуда, каков твой дар —
Важно, что ты здесь. Что вернулся. Что жив. Что рядом, да!

[Final Chorus — maximum warmth and power, all instruments, vocal soaring]

А я вернулся, слышите? Я дома, да!
Пусть годы прошли, пусть седина в бороде —
Я стою на берегу, и Лаба поёт мне,
И горы стоят, и сердце моё не сдаётся, да!

Не надо мне столиц, не надо чужих огней —
Здесь сентябрьский вечер теплее всех морей!
Курганинск мой, я вернулся, я здесь, я живой,
И эта река — моя дорога домой, да!

[Outro — duduk fading, accordion warm resolution, vocal strong then soft]

Я вернулся…
Сентябрь…
Золото на горах…
Лаба поёт…
Я дома…
Да…
Навсегда…