Дело о пустом стакане 2 часть

Через неделю я получил письмо.

На конверте было написано:

«Институт экспериментальной теории юмора. Отдел фундаментальных исследований смеха».

Я решил, что это розыгрыш.

Но письмо было настоящее.

Меня приглашали на заседание учёного совета «в связи с необходимостью уточнения обстоятельств возникновения комического

эффекта в известном эпизоде со стаканом».

Я приехал.

В большом зале сидело человек двадцать.

Профессора, кандидаты наук, какие-то очень серьёзные люди с папками.

На стене висел плакат:

«СМЕХ — ЭТО СЕРЬЁЗНО».

Председатель поднялся.

— Итак, товарищи. Перед нами уникальный случай.

Я оглянулся.

— Какой?

— Стакан.

— Какой ещё стакан?

— Тот самый.

— Так это анекдот!

В зале наступила тишина.

Председатель посмотрел на меня поверх очков.

— Именно поэтому мы здесь.

Он открыл папку.

— Нам удалось установить, что первоначально в стакане находилась вода.

— Да.

— Затем вода исчезла.

— Человек её выпил.

— Это ваша версия.

— Какая ещё версия?

— Есть версия, что вода была выпита не полностью.

— Какая разница?!

— Огромная! — вмешался седой профессор. — Если вода осталась, стакан не был пустым. Если вода исчезла полностью — возникает

вопрос, почему человек сообщил об этом официанту.

Я посмотрел на председателя.

— А вы сами не понимаете?

— Мы пока не пришли к единому мнению.

— А что же вы делаете?

Председатель поправил очки.

— Исследуем.

На следующий день начались эксперименты.

В институт привезли сто двадцать добровольцев.

Им по очереди давали стакан воды.

После того как они выпивали воду, им задавали вопрос:

— Что вы теперь можете сказать о стакане?

Половина отвечала:

— Он пустой.

Тридцать человек говорили:

— Ничего.

Пятеро требовали ещё воды.

Один человек сказал:

— Стакан наполовину полон.

Его немедленно вывели из эксперимента как идеологически неподготовленного.

Но главное открытие произошло на сорок седьмом испытуемом.

Когда ему сказали:

— Стакан пустой.

Он засмеялся.

В лаборатории возникло оживление.

— Записывайте! — закричал профессор.

— Почему вы смеётесь? — спросили испытуемого.

— Не знаю.

— Почему именно сейчас?

— Не знаю.

— Вам смешно слово «стакан»?

— Нет.

— «Пустой»?

— Нет.

— Вода?

— Нет.

— А что же смешно?

Человек задумался.

— Да ничего.

И снова засмеялся.

В институте началась паника.

Через месяц была создана специальная комиссия.

Через два месяца — отдельная лаборатория.

Через три — новый научный отдел.

А ещё через полгода директор института выступил по телевидению:

— Мы приблизились к разгадке природы смеха.

Я смотрел передачу дома.

На экране директор говорил:

— В результате многомесячных исследований установлено: человек смеётся в тех случаях, когда ему смешно.

Я выключил телевизор.

Но на следующий день мне снова позвонили.

— Вас беспокоят из института.

— Что ещё?

— Нам необходима последняя консультация.

— Какая?

— Ваша.

— По поводу стакана?

— Разумеется.

Я приехал.

В институте всё изменилось.

На дверях появились таблички:

«Лаборатория принудительного смеха».

«Сектор спонтанной улыбки».

«Отдел изучения хихиканья».

«Архив неудачных шуток».

В коридоре стояла огромная очередь.

Люди сдавали анекдоты на экспертизу.

В одном кабинете комиссия обсуждала, можно ли считать улыбку смехом.

В другом изучали, сколько секунд должно пройти между концом анекдота и началом смеха.

А в третьем кто-то доказывал, что настоящий смех начинается не с «ха-ха», а с движения уголков рта.

Меня провели в зал.

На сцене стоял огромный прозрачный сосуд.

Рядом — стакан.

Председатель торжественно объявил:

— Сегодня мы наконец проведём решающий эксперимент.

— Какой?

— Мы расскажем анекдот.

— И что дальше?

— Зафиксируем реакцию аудитории.

В зал вошло несколько сотен сотрудников института.

Все приготовили блокноты.

Председатель вышел к микрофону.

— Итак. Приходит человек в кафе и говорит официанту: «Мне стакан воды».

Все сидели неподвижно.

— Официант приносит воду.

[09.09.2026 07:34] Влад Щавлев: — Человек выпивает воду и говорит: «Спасибо. Теперь мне стакан пустой».

В первом ряду кто-то нахмурился.

Председатель сделал паузу.

— Официант отвечает: «А каким он должен быть после воды?»

И тут зал взорвался смехом.

Все смеялись.

Профессора.

Академики.

Лаборанты.

Даже директор.

Кто-то хлопал по столу.

Кто-то вытирал слёзы.

Один профессор так смеялся, что уронил очки.

Председатель стоял на сцене и торжественно смотрел на происходящее.

Через несколько минут смех стих.

Он поднял руку.

— Товарищи! Мы это сделали!

Все замолчали.

— Мы научно доказали, почему люди смеются!

Громкие аплодисменты.

— Итак, — продолжил он, — главный вопрос: почему?

В зале повисла тишина.

Председатель посмотрел на меня.

— Вы ведь автор этого анекдота?

— Не совсем.

— Но вы его рассказали?

— Да.

— Тогда ответьте.

Я пожал плечами.

— Мне кажется, люди смеются потому, что им смешно.

Председатель застыл.

Профессора переглянулись.

Кто-то начал быстро листать бумаги.

Один молодой учёный прошептал:

— Это невозможно.

— Почему? — спросил я.

— Мы исключили этот вариант на первом этапе исследования.

— А почему?

— Потому что он ничего не объясняет.

Я посмотрел на них.

— А может, именно поэтому всё и смешно?

В зале снова стало тихо.

Директор медленно поднялся.

— Запишите.

Секретарь приготовил ручку.

— Что записать?

Директор посмотрел на меня и сказал:

— «Гипотеза о бессмысленности поиска смысла».

Секретарь записал.

Председатель задумался.

— А это… смешно?

Я ответил:

— Не знаю.

И тут весь учёный совет снова начал смеяться.

Кроме одного профессора.

Он сидел в углу, серьёзно смотрел на меня и что-то записывал в блокнот.

Я подошёл к нему.

— Вы почему не смеётесь?

Он поднял глаза.

— Я анализирую.

— Что?

Он показал мне страницу.

Там было написано:

«Если все смеются, кроме одного человека, то кто из них действительно понял анекдот?»

Я посмотрел на него.

Он посмотрел на меня.

Потом спросил:

— А стакан-то всё-таки был пустой?

Я понял, что институту предстоит ещё очень много работы.