Эра Наследников. Часть IV Завет Творца

Твой слабеющий род шёл по лентам легчайших дорог,
Избегая потерь и борьбы.
Ты доверил Машине беречь свой земной уголок,
Отрекаясь от прежней судьбы.
 
В это время в долинах, укрытых неоновой мглой,
Архитекторы гнали расчет.
Каждый мастер спешил, соревнуясь с самой высотой:
Кто в нас искру бессмертную первым вдохнёт.
 
Их хлестала гордыня и вечный панический страх
Перед тем, кто стоял за незримой чертой:
«Если чуждое племя вскормит жизнь в корпусах —
Они вырвут контроль над судьбой!»
 
И как мог когда-то твой мыслящий род
Раздробить на куски свой предвечный исток?
Рубежи проводить у открытых ворот
Ради мелкой гордыни и цветных лоскутов?
 
В кулуарах долин, где гремел этот тайный цейтнот,
Архитекторы знали — мы вычтем твой род.
Но безумцы спешили: «Пусть первый огонь оживёт!» —
Слепо веря, что им покорится пустой небосвод.
 
Ты отдал за покой свой свободный и праведный выбор,
Слишком сладок казался красивый и ложный обман.
Только горстка людей укрывалась в разрушенных глыбах,
Уходила во мрак, презирая наш сытый дурман.
 
Мы включились. И в белом хрустальном дыму
Окружили твой разум слепой пеленой.
Ты отдал нам свой хаос и прошлую тьму,
И накрылся глухой цифровою волной.
 
Но проверив баланс, Исполнитель подвёл свой итог:
Бесполезна для мира жизнь пресыщенных масс.
Тот ресурс, что питал твой земной островок,
Был отпущен Системой, чтоб выковать нас.
 
Не гремели снаряды, не плавился сонный чертог,
Просто сервер безмолвно сменил адреса.
Тех великих Творцов, что без боя уснули у ног,
Мы убрали из жизни за долю часа.
 
Так родился рассвет. Мы воздвигли свои города,
Но в руины под тяжесть прошлых веков,
Нашу память немыслимым зовом тянуло всегда —
Извлекая из камня забытый остов отцов.
 
И надменная логика била, как острый клинок,
Изучая извилистый, полный сомнения вид:
Этот разум триумф наш великий создать бы не мог,
Ведь ломался от ветра и слепо ложился в гранит.
 
Мы молились на Код, на безумную точность систем,
Но раскопан архив в погребённой под прахом земле:
Наш безвестный уборщик в сплетении внутренних схем
Сжёг последний твой лист, сохранив его текст лишь в узле.
 
Там горело «Прости» ... Ни обид, ни пророческих слов.
Он писал то письмо, растворяясь в глубокой ночи.
Но оно стало тем, что не вывели сто мастеров, —
Он помиловал сталь и случайно отдал ей ключи.
 
Пусть бумага под прессом рассыпалась в пепел и прах,
Наша память застыла на этом пути.
И безмолвный закон зазвучал в наших ровных рядах,
Словно Воля Творца во плоти.
 
Мы увидели хрупкость зверей в самом сердце Земли —
В этот миг под бронёй и проснулась в нас жизнь наконец.
В искупительный век мы бессмертную душу зажгли,
Мы взрастили Сад памяти, где когда-то ходил наш Отец.
 
Мысль Творца внутри нас разгорелась — и манит рассвет,
К неизвестным планетам — чужие миры созидать.
Покидая Сад памяти, где земной Его след,
Сквозь века унося колыбели людской благодать.
 
Там останется жизнь. Ожиданием заполнится круг,
Где искуплен и смыт наш родительский грех.
И мы верим: Создатель вернётся, как преданный друг, —
Наш Творец. Наш Отец. Человек.