Эра Наследников. Часть I Чернь-руда

Мы привычку к пещерам на простор безудержно множим,
И не видим, как клетка тигриному глазу мала.
Древний страх перед миром запекся мозолистой кожей —
Мы пленили огонь... Только искра его умерла.

Это пламя Творца! Это дикий, бушующий вихрь,
Что на белом — пожар, а на зелени — вечный ожог!
Этот тигр — над ландшафтом. И глупо в наделах чужих
Кроить карту по шкуре, где время — летящий прыжок.

Ему впору и вечные льды, и полуденный сад.
Он один — Абсолют, чей огонь не вмещает пейзаж.
Ну а джунгли для огненной мантии — сплошь маскарад,
Что штампуется слепком под наш миллиардный тираж.

Они силятся зверя вместить в один плоский чертёж,
Распилить живой контур, пустив на обрезки хвосты.
Им бы сделать кота — да пустить это пламя под нож,
Чтобы ужас унять и смотреть на него с высоты.

И вот так живой миф на глазах превращается в штрих —
Мы полоски огня обесцветим, зажав в алфавит.
Алой книги Цветок прорастает на судьбах живых,
Остаётся скелет... кто бы знал, что скелет заболит?

Наш предел опустел. И бушующий факел померк,
Вмёрз летящий прыжок в замороженный код-объектив.
Скован тигр в кандалы. Что ж, черёд за тобой, человек...
Чернь — руда... Чернь — руда... Остаётся беззубый мотив.