Неизвестному поэту

Когда пробьет последний сердца стук
В жилище неизвестного поэта,
Бокал со звоном выпадет из рук
И в мундштуке истлеет сигарета.

Всё так же солнце встанет поутру,
А на окошко прилетит синица,
Всё тот же клен, качаясь на ветру,
Ветвями о балкон устанет биться…

Но непривычно тихо в доме том,
Не слышно больше ни стихов, ни песен,
Ему уже сколочен новый дом, -
Но тесен этот дом, ужасно тесен…

Не отразятся в этот скорбный день
Тревога и растерянность на лицах,
И не опубликуют бюллетень
На ярких и цветных передовицах.

Никто не скажет: «Боже мой, как жаль!
Ведь мог бы жить да жить, когда б не помер!»
Никто не ощутит в душе печаль,
Кладбищенский присваивая номер…

Он оплатил сполна свои грехи,
Общаясь напрямую с небесами,
Он даже не придумывал стихи -
Они к нему с небес спускались сами.

Ночами вдохновения он ждал,
Исполненный безумства и отваги,
Бумаги он не много измарал -
Зато бесценны стали те бумаги.

Он шел и падал – но опять вставал,
Такая уж была его порода,
Хоть сам, конечно, не осознавал,
Что вечность покорил, не зная брода.

Да, он работал: он писал стихи,
Не находя спасенья даже в водке,
Но в центнерах словесной шелухи
Он отыскал цветные самородки.

Он строфы щедро поменял на дни,
Что год за годом шли в его квартире:
Однажды сочиненные, они
Останутся навеки в этом мире.

Закинут их сперва на антресоль,
А после отнесут в макулатуру.
Они погибнут. Но не в этом соль.
Он совершил свой вклад в литературу.

Опрометью неслась его душа
В никем еще не познанные дали,
А мы идем по жизни, не спеша,
И встретим ли теперь его? - едва ли...

Он не читал молитвы перед сном,
Но нам ли упрекать его за это?..
Так чокнемся и окропим вином
Могилу неизвестного поэта.