подшивка

Опять в стихи литературщина
идёт из детского наива,
и пеплом брючина притрушена,
и жёлтый лист журнала Нива.
Была подшивка мне подарена,
истрёпанная, в тёмных пятнах,
под смех товарища-татарина
по поводу даров бесплатных.
Какой был год? Какая разница?..
В одной из девятиэтажек
уже давно никто не дразнится
и памяти багаж не тяжек.
Картинки детства, мельтешат они
закладками по разным книгам,
пусть стулья в барах не расшатаны,
но прячешься в сети под ником.
Героем главным не представишься -
куда до бойких романистов.
На клаве западает клавиша,
поэтому и слог неистов,
хотя коряв и сбои частые,
такая выбрана манера.
В литературе поучаствую
на грани сорванного нерва.
Забудут быстро? Ну, и что же нам,
укрыться в сумраке кофейни?
Но в пику текстам изничтоженным
писаки ботают на фене,
а о любви, так ниже пояса,
и про войну - ненужный пафос...
Читать уже немного боязно,
ещё пристанет - не избавлюсь.
Пока всё думали-кумекали
о каменности гор кавказских,
туда почти дошли фельдегери
в новёхоньких железных касках.
По сотне Каинов на Авеля,
провластных, наглых и упрямых.
Могли бы, в строй бы всех поставили,
кто сгнил давно в расстрельных ямах.
Всё повторяется... Поэтому
труднее нам поверить в Бога.
И чаще полнится пометками
журнала рваная подборка.