В старом кино

Скверный аппарат превращал экран в арену действий -
Суетились, сновали люди взад-вперёд:
Они, то становились как толстые макароны,
А то вдруг расплывались в серые блины.
Вот любовная сцена происходит на экране:
Одни зрительницы ахали и говорили: «чудесно»,
А более простые щипали друг друга от восторга…
Драма закончилась и засияла сказочная феерия:
Толстый дровосек возвращался вечером домой,
У двери в сугробе увидел замерзающую старушку,
Толстяк размахивал руками, кричал и звал жену,
А потом они вели старушку в свой уютный домик.
Кормили её и отдавали ей свою постель,
И даже отказались от медных денег, что она им предлагала,
Старушка плакала, трясла лохмотьями и целовала им руки…
А утром она как-то загадочно улыбалась,
Подкрепилась сдобными булками и кофеем,
И повела супругов в лес на снежную поляну,
А там, среди сугробов, цвели необычайные цветы.
Старушка набрала огромный сказочный букет
И подарила его улыбающимся супругам.
Они пошли домой, старушка им вслед смотрела,
А когда они скрылись, превратилась в фею,
И роскошно исчезла среди пышных цветов…
Дровосек вносит цветы в дом и на стол ставит,
А из букета вываливаются два толстеньких младенца,
Супруги поднимают руки к небу и судьбу благодарят…
После сказки на экране шла хроника:
Летал по небу граф Цеппелин
И сталкивались автомобили на гонках в Реймсе…
Сеанс заканчивается, в зале вспыхивает свет,
Фисгармония, наконец-то, перестаёт дребезжать,
Кто-то сморкается, кто-то дожёвывает свой бутерброд,
А девушки смеются – хорошенькая благодарность,
Надо же, додумались – подкидывать младенцев!
И торопятся все из душноватого зала выйти на улицу…