Петербург, 30-е годы XIX века

И вот он перед нами, прекраснейший город на Неве –
«Полнощных стран краса и диво…»
Ещё недавно Северная столица бурно строилась
И даже в самом центре попадались заборы и пустыри,
Но уже виден классически «строгий, стройный вид» города.
Население столицы поражало своею пестротой,
Оно уже превысило четыреста пятьдесят тысяч!
Вовсю разворачивался железный век – век машин и техники,
И толковала «Северная пчела» о ранее невиданных вещах:
Железной дороге, электромагнитном телеграфе,
И, почему-то, «висячих» чугунных мостах…
С нетерпением публика ожидала первый паровоз,
И своё желание выражала очень громогласно,
И, наконец, Правлением Компании было объявлено:
Первый паровоз будет пущен в пятницу шестого ноября.
Стояла хорошая погода температурой в один градус,
И большая толпа любопытных у дороги собралась.
Сегодня по дороге без платы можно было ездить
И быстро наполнились пассажирами пять экипажей –
До пятидесяти человек в некоторых было,
И после этого паровоз был пущен в ход –
Грозный исполин дышал дымом, пламенем и брызгами,
Неторопливо, набирая скорость, двинулся вперёд.
А зрители стояли по сторонам дороги и изумлялись –
Как величественно, мерно и скоро движется машина!
Первая поездка была от Царского Села до Павловского парка.
«Сухопутными пароходами» называли первые поезда,
Ошеломляющие впечатление они произвели,
Пройдёт ещё совсем немного времени
И Глинка сочинит настоящий гимн «сухопутному пароходу».
Восторженные современники воскликнут –
Его музыка удивительно верна!
Они слышали шум и движение от идущего паровоза –
Паровоз летел, а они слышали звуки мечтающего поэта…
А пока что газеты извещали об открытии Большого театра –
Наконец-то, после перестройки, свои двери он распахнёт!
Будет дана большая опера «Жизнь за царя! –
С эпилогом, хорами, танцами и музыкою Глинки.
Места в театре проданы уже давно –
На спектакле будет «весь Петербург»,
В императорской ложе – государь с семьёй,
Но все будут смотреть на кресло в одиннадцатом ряду –
Поэт Александр Пушкин на спектакле!
Но в антрактах воздадут похвалу русской музыке и Глинке…
А Петербург по временам напоминал огромную казарму –
Страстью государя были парады, смотры и учения –
А в казарме образцовый порядок должен царить,
Во всём – от шинельных крючков до полкового оркестра,
И постоянно разносилась музыка по городу –
Один такой оркестр играл на пыльном Семёновском плацу…