Морская сказка рассказ

Морская сказка

В далёком-далёком океане, там, куда не доходит солнечный свет, лежала на илистом дне маленькая жемчужина. Она была мутной, неправильной формы и совсем не блестела. Если бы мимо проплывала старая черепаха, она бы даже не заметила её, приняв за обычную песчинку.

А совсем рядом, на возвышении из белого коралла, лежала другая жемчужина. Огромная, совершенной формы, переливающаяся всеми цветами радуги. Если присмотреться, в её глубине можно было разглядеть два тёмных пятна, похожих на глаза древнего дракона. Она сияла так ярко, что рыбы приплывали полюбоваться на неё со всего рифа. Но никто и никогда не посягал на неё: слишком огромной и явной была её ценность — все знали, что такое сокровище не может принадлежать никому из смертных, только самим богам океана.

Давным-давно этот риф облюбовали для себя умные королевские сардинцы. Они приплыли с далёких северных островов, где кончилась еда, и поселились в кораллах. Шли годы. Королевские сардинцы, как и любые уважающие себя обитатели моря, считали себя самыми совершенными. Со временем они разделили риф на две части — песчаные участки и коралловые заросли. Так появились две соседние страны: на западе — ША, на востоке — БР. Жили они бок о бок, ставили заборы из острых ракушек, выставляли бычков-сторожей, завидовали друг другу и ссорились из-за водорослей.

А на всём рифе, ни к одной из стран не принадлежа, плавал старый самоуверенный скат по имени Дональд. Он считал себя самым умным, любил громкие заявления и привык, что его все слушали. Ему даже дали в услужение писаря-прилипалу Рубиозела, который записывал каждое его слово.

Однажды Дональд нашёл на дне прозрачный кристалл кварца, отполированный течением до такой гладкости, что сквозь него можно было видеть далеко-далеко. Дональд приставил кристалл к своему глазу и, подкрепив зрение слабым электрическим импульсом, сумел разглядеть в мутной дали ту самую невзрачную жемчужину на дне.

Он подумал: «Она ничья! А быть ничьей — неправильно. Надо объявить её своей. Вдруг сардинцы тоже захотят её забрать, а за разрешение взглянуть на неё можно будет брать по три вкусных морских блохи!» Дональд был так уверен в своей правоте, что даже не стал ни с кем советоваться.

Утром он подозвал своего верного писаря — прилипалу Рубиозела, который всегда плавал рядом, прикрепившись к спине ската. Рубиозел любил важность, которая исходила от Дональда, и привык записывать каждое его слово. Получив приказ, прилипала Рубиозел нацарапал на коралловой пластине своим самым красивым почерком: «Мутная кривая жемчужина на чёрном дне — наша, страна ША!» Рубиозел очень гордился своей работой и тем, что именно его плавник запечатлел этот важный исторический момент. Он отправил весть с рыбой-ракетой в страну БР.

В стране БР вождь прочитал новость и нахмурился:
— Если этим западным сардинцам из ША нужна эта мутная бусина, значит, в ней есть тайна! Мы тоже хотим её! Объявляем, что жемчужина — наша!

И началась война между королевскими сардинцами из ША и королевскими сардинцами из БР. А ведь когда-то они приплыли с одних и тех же северных островов и вместе искали новый дом! Но теперь они сбивались в плотные косяки и бились головами, выдирая друг у друга чешую. Вода помутнела от крови. Половина сардинцев в обеих странах погибла в этой битве за никчёмную жемчужину.

Старый скат Дональд плавал над полем битвы, смотрел на дно, усыпанное тысячами таких же серых камешков, и недоумевал: «Зачем же сражаться за эту, когда вон их сколько? Я же просто сказал, что она наша!» Он не понимал — или делал вид, что не понимал. Писарь-прилипала Рубиозел тем временем на всякий случай прикрепился к самому большому кораллу и взволнованно перечитывал свой собственный приказ, не веря, что несколько слов на пластине могли привести к такому кровопролитию. Он то и дело оглядывался на Дональда, но тот уже делал вид, что его здесь нет. А вожди ША и БР уже не могли остановиться — слишком много сардинцев погибло.

Когда погибло больше половины населения, вожди ША и БР сели за стол переговоров под большим кораллом и подписали мирное соглашение. Они решили, что жемчужина так и останется ничьей, раз владение ею принесло столько бед. Они поставили свои плавники на мирном договоре. Скат Дональд тихо уплыл в сторону, бормоча, что его идея была великой, а просто все её неправильно поняли. Прилипала Рубиозел, не зная, к кому теперь присасываться, некоторое время кружил вокруг переговорного стола, а потом грустно поплыл восвояси.

Больше ни один королевский сардинец не смотрел в ту сторону. Все забыли о той мутной бусине. А чтобы помнить о великой войне, на рифе ША и на рифе БР поставили по два плоских камня с нацарапанными знаками. Говорят, прилипала Рубиозел лично выбивал буквы на одном из камней, но уже никто не знает, что именно он там написал. А сам Рубиозел потом долго плавал от рифа к рифу, присасываясь то к одному важному лорду, то к другому, и рассказывал всем, что именно он был тем самым великим писарем, который начал ту знаменитую войну. Говорят, подавился морской блохой. Одной из тех, что втихаря глотал годами. И сгинул.

Шло время. Надписи стёрло течение.

Теперь в стране ША считают, что это священные камни, которые приплыли из-за горизонта и сделали их страну счастливой. В стране БР считают, что их камень уронил в воду пролетающий альбатрос, и он приносит удачу.

Возле каждого камня теперь стоят свирепые бычки-сторожа, охраняющие главное достояние своих стран. Никто уже не помнит, что эти камни — всего лишь свидетели глупой ссоры из-за старой песчинки, которую в итоге так никто и не забрал.

А огромная драконья жемчужина всё так же лежит на белом коралле, переливаясь и никому не принадлежа. Иногда мимо проплывают молодые сардинцы, смотрят на неё, вздыхают и плывут дальше — слишком огромной и явной кажется её ценность, чтобы кто-то посмел на неё посягнуть. И никто не задумывается, что она — самый молчаливый свидетель той глупой войны из-за песчинки.