Исповедь Чингисхана...

Завет Внуку у Подножия Вечного Неба...

***

Я смотрел на горящий Ханбалык, на покорённые царства песков и шёлка, и моё дыхание смешивалось с холодным ветром Великой Степи.

Я, Темуджин, сын Есугея, сирота, некогда бежавший по тайге в деревянной колодке, собрал рассыпанные, как галька, племена в единый железный кулак. Моя Яса стала законом от Жёлтого моря до каспийских камышей. Мои тумены летели быстрее сокола, и цари склоняли выбеленные бороды к копытам моего гнедого коня. Я покорил Поднебесную, сжёг надменные города Хорезма, расчертил степь почтовыми трактами и велел не трогать ни одного храма, пока жрецы молятся за меня своему Небу.


Но в час, когда волосы мои покрылись инеем приближающейся тризны, я вышел из шатра и поднял глаза к Вечному Синему Небу — Тэнгри.


И Небо молчало.


Оно не принадлежало мне. Я мог вырезать миллион людей, я мог обратить цветущие сады в пастбища для монгольских кобылиц, но я не мог прибавить себе ни единого вздоха. Я понял предел меча: железо собирает дань, но не рождает жизнь. Железо чертит границы на песке, но первый же буран стирает их без следа.


Тогда я призвал семя старшего сына моего Джучи — молодого волка Бату.


— «Слушай, Батый, — сказал я ему, глядя в его дикие, голодные глаза. — Мой путь окончен здесь, среди золотых крыш Китая и седых степей Онона. Твой дед выковал меч. Твой отец ушёл в сумрак. Тебе я завещаю закат. Иди на полуночный запад, туда, где застыли льды и непроходимые чащи, дойди до Последнего Моря, где кончается твердь. Но помни: города падут, князья лягут в траву, но берегись того народа, чья сила не в стенах, а в безмолвной вере их лесных скитов. Их можно сжечь, но нельзя приручить. Ибо если их Бог держит небо над ними — твой меч лишь исполнит Его неведомый суд...»

***

Я собрал племена... как железо в горниле...
Подчинил города... и поверг гордецов...
Мои кони Полмира... копытом забили...
Сквозь века раздувая... дыханье костров...

Яса стала судьбой... от песков до заката...
Натянут лук священный... и стрела звенит...
Но перед Вечным Тэнгри нет царя... сатрапа...
Всё истлеет во прахе... и смоется в крови...

Мой улус бесконечен... но краток мой век...
Я отдал тебе, внук... все закатные дали...
Где сквозь чащи и льды... в русле дышит разбег...
Да в храмах купола... тихим звоном рыдют...

Ты возьмёшь города... ты сожжёшь их заставы...
Но запомни, Бату... на крутом вираже...
Меч не может отнять... Небесной славы...
Что не в звоне щитов... а в чистой Душе...

***