Шекспир 118 по мотивам

Что сладкое для вкусного есть враг –
Такую мудрость передали предки,
И там, где соль нужна для общих благ,
Не нужно сахар добавлять в котлетки.

Для тел болеть полезно иногда,
Они себе придумывают боли,
Чтоб поразить потом хворь без следа,
Иммунитет напрягши поневоле.

От выбора не ожидай добра,
Когда решишь добра в добро добавить,
Изменится гармония тогда,
И монстра неожиданного явит.

И пусть вокруг об этом говорят,
Добра избыток – это тоже яд.

Оригинал и подстрочный перевод А. Шаракшанэ:

Like as to make our appetites more keen
With eager compounds we our palate urge,
As to prevent our maladies unseen
We sicken to shun sickness when we purge:
Even so, being full of your ne'er-cloying sweetness,
To bitter sauces did I frame my feeding,
And, sick of welfare, found a kind of meetness
To be diseased ere that there was true needing.
Thus policy in love, t'anticipate
The ills that were not, grew to faults assured,
And brought to medicine a healthful state
Which, rank of goodness, would by ill be cured.
But thence I learn, and find the lesson true,
Drugs poison him that so fell sick of you.

Подобно тому как, для обострения аппетита,
мы острыми смесями возбуждаем небо, --
как, для предотвращения невидимых недугов,
мы прибегаем к болезненному очищению, чтобы избежать болезни, --
так же, наполнившись твоей прелестью, которой нельзя пресытиться,
я кормил себя горькими соусами
и, испытывая дурноту от благополучия, находил некую сообразность
в том, чтобы заболеть прежде, чем в этом будет настоящая нужда*.
Такая политика в любви – предвосхищать
хвори, которых нет, -- породила настоящие изъяны
и довела до необходимости применения медицины здоровое состояние,
которое от переедания добра желало лечиться злом.
Но из этого я узнаю и нахожу урок верным:
лекарства только отравляют того, кто так жестоко болен тобой.

* Здесь, в развернутой метафоре, отразилась медицинская практика эпохи, в которой для предупреждения болезней широко применялись рвотные и слабительные средства.