Осталось всего ничего дотусить...

Осталось всего ничего дотусить,
Календарям в угоду,
Домчать, долететь, доползти, докрутить
Очередному году.

Три месяца, только всего, и срок
Контракта остался. Был - отбыл.
И в хрипе курантов, раздастся звонок,
О вышедшем в тьму на свободу.

Импульсом строчка борьбы и трудов,
В решётках штрихов и дат,
В анналах чернеющих сажею слов,
Канет в реестр и госстат.

Кому это нужно - учитывать свет,
Скользящий по круглому боку?
По напряжённой гринвич-струне
Вновь метрономьи щёлкать?

Упрямые прут, в наплывающем сне,
Валы океанских стад.
Сон Света наваливается мне
На душу и овцы сопят.

Всей массой своей по орбите бредя.
Циклопьи цепляется век,
За стадо скотов, от гребца до вождя.
Средь шкур, здесь ли есть человек?

А если нашёлся - пожалуй давай,
Деликатесом на пир,
Где щёлкая жвалами, уж цифрорай
Перекодировал мир.

Ии, обмуслякав, реальность жуёт,
В искры сознания впился,
Тех, что покорствуя, тупо ждёт,
На край бытия навалился.

Но мы, как глинтвейн допиваем свет
Что в лужи стволами расплёскан.
И вновь протестуем - скончания нет
Ни летам, ни зимам, ни вёснам.

Здесь мы осеняемы, ныне тусим,
Хоть через финалы дат,
Как свет облетающий в листьях летим
И календари шуршат.

Про то что, условная линия дат
В сознании местных сатистов.
Что солнца с шарами планет летят
По бесконечности истин.

Во вдохах и выдохах, в свете и тьме
Зря ли античный слепец
Сквозь тысячелетья принес ко мне
От Прометея светец?

Смена сезонов, уроков и тел,
В рельсах упругих орбит,
Станция новая, старый билет
В лужу сегодня летит.

Нет путешествию света конца.
Перетеканье есть.
К сыну опять в хромосомах отца
Вечная с голубем весть.

Вновь перепархивает через тьму.
Есть ощущенье, что скоро пойму.