Искушение Паганини

Бишоп-Лев, обладатель святой панагии,
Исповедовал гостя; скрипач был прощён.
Но явилась богиня в ту ночь Паганини
Совершенно нагая под алым плащом.

Воплотилась из музыки, душу тревожа,
Лет четырнадцать было богине на вид
Гений знал, что отец её - знатный вельможа,
А двоюродный братец - известный бандит.

Видел, видел и раньше её Паганини,
В музыкальных салонах встречал каждый день,
Целый год малолетняя эта богиня
За беднягой Никколо ходила как тень.

Наблюдала за ним из окошка кареты,
Огнестрельные взгляды украдкой меча,
А за ней наблюдали повсюду клевреты,
Из полиции нравов - враги скрипача

Подшивались доносы к негласному делу,
И желали завистники втайне ему
Под ножом гильотины сыграть "Кампанеллу"
Или сесть до скончания жизни в тюрьму.

Но была уготована участь иная
Укротителю струн и голодных актрис:
В ту же ночь за порогом отеля "Даная"
Композитор сыграл свой последний каприс

Всё случилось в немыслимо страстном галопе:
Уложил её на пол Никколо ничком
И отшлёпал богиню по розовой попе
Сотворённым рукой Гварниери смычком.

Не пугали Никколо бандиты и дожи,
Только тяжесть на чаше небесных весов;
Дверь закрылась, насмешливо хлопнув в ладоши
Одобрительно скрипнул железный засов