Баллада о выживании

Тропический ливень накрыл нас внезапно,
Мы шли, и под нами был мост навесной.
Шатало нас ветром невероятно,
И я удивлён, что остался живой.

Не смыло, не сдуло. Мы вышли из джунглей
На берег, где волны громили песок.
И пальмы стелились, и воды бурлили,
И яхту швыряло, как поплавок.

А наш проводник, тот, что в джунгли отправил,
Болтался на волнах — на вид не живой.
И ты, увидав его мокрую спину,
Исторгла ужасный панический вой.

За руку схватил и прижал тебя силой:
«Не время, давай лучше домик искать».
Тряслась, но кивнула. И панику скинув,
За мной по песку вдоль воды понеслась.

Нашли мы сторожку. Не заперто было —
Вбежали, и на пол ты села в слезах.
Я взглядом убежище наше окинул —
Почувствовал липкий, удушливый страх.

На стенах не краска — но красные капли,
Потёки стекали на липкий палас.
Собою прикрыв этот жуткий спектакль,
Присел с тобой рядом и обнял тотчас.

Прижалась, рыдая: «Что делать, Андрюха?»
«Не бойся, я рядом. Придумаем, Оль».
И ты, моя лучшая в мире подруга,
Уснула, мне скрасив душевную боль.

Прошло часа два. Я немного обвыкся,
Смотрел я на стенку, где капли, и ждал:
Закончится буря, мы с Олей — до яхты…
И вдруг дверь открылась — и я заорал.

Распухший, и синий, с зубами как бритвы,
Вошел, чуть хромая, наш проводник.
От крика проснулась и Оля, зевнула,
Сказала: «Расслабься, ты в жопе, мужик!»

И я так опешил — ни крикнуть, ни пернуть —
Мне руки крутила не Оля, а тварь
С глазами кровавыми, скошенной пастью.
А синий стоял и в клыках ковырял.

Я дальше запомнил, как руки крутили,
Смеялись, глаза затянув пеленой…

В поту я проснулся. Я жив. Я в кровати —
И Оля под боком храпела со мной.