Мелихово

Вот стол –
за ним он ел.
Кровать –
на ней он спал.
Вот кол –
забить его хотел,
но пожалел (или устал).
Вот облака –
на них смотрел.
Вот дуб. И шум его ветвей
сейчас конечно же сильней,
чем был тогда.
Года, года …
Вот скрип дощатых половиц,
глаза со стен смотрящих лиц.
Ну да, ну да …

Немало книг,
а за окном
большой цветник.
Хороший дом,
удобства только подкачали –
двадцатый век в его начале
(иль девятнадцатый в конце)
в обычном доме, не дворце,
другого и не предлагали.
Хороший дом.
Живи, пиши,
людей лечи
и складывай как кирпичи
то, что обдумаешь потом,
уже за письменным столом.
Кого-то даже насмешит.

Вот на столе карандаши –
и лис со стрелкой на хвосте
был нарисован на листе
таким же вот карандашом,
(или похожим). Под хмельком
непросто это – рассмешить,
но надо ж как-то жить …

Да что же я, как тот репей
пристал: смешить, смешить,
ещё скажи ему – не пить,
а заодно и сам не пей.

Вот со свечою по нужде
идёт он ночью. В темноте
там тени прыгают как козы
и горизонт немного розов,
но время есть ещё для сна
постель тепла и белизна
её легка и темнота
лишь оттенит её как та,
в окно глядящая звезда,
свет розовый по краю неба.
Сон будет мягок, светел, крепок
и как фантазия нелепа
потребность бодрого труда.