Красота в глазах смотрящего

В тишине безымянный создатель
 Над картиною мрачной сидел:
  От чужого внимания прятал,
   Хоть нужду поневоле терпел.

Шевелил он губами, качаясь
 И сжимая в руке дряблой кисть,
  По глухим их движеньям читалась
   И досада, и злоба на жизнь.

Очертания ивы плакучей
 Проступали на жёлтом холсте.
  В красках тёмных, деталях тягучих
   Засияла она на стене

Галереи, где обосновалась
 Она Бог только ведает как.
  Очевидцы - и те долго мялись:
   Мол, подкинул какой-то чудак.

За бесценок продав джентельмену,
 Пожалела б хозяйка о том,
  Если б только понятье имела,
   Сколько выручит денег пижон.

Он в парадной, окинув в мгновенье
 Беспристрастно владенье своё,
  Величал иву стильным твореньем,
   Равнодушье скрывая враньём.

Но едва произнёс комплименты
 И в сто крат её ценность поднял,
  Она стала нужна диссиденту,
   Что торговлей в тени промышлял.

Ну а дальше - волна перекупов,
 И взгрустнула плакучка моя.
  Руки их пахнут жадно и скупо,
   Не нужна им твоя красота!

Их ведь ценность - в одной только власти
 И способности выгодно сбыть,
  О твоём приглушённом контрасте
   И тисненьях листвы им не мнить.

Они жадно хватали за раму
 Восторгались: «Вот это шедевр!
  Место видное ей выделяли
   Храмы мёртвых натянутых плевр.
 
Ива тихо и горько роняла
 Невесомые слёзы свои,
  И в чужой пустоте погибала
   Среди тех, кто её не ценил.

Руки-ветви склоняла устало
 И с отчаянием в воду смотря,
  Она взглядом своим умоляла:
   «Ну увидьте хоть кто-то меня!»

Но никто её правду не слышал
 Взгляд живой сквозь неё пробегал —
  Люди делали то, что престижно,
   И держались коротких похвал.

Восхищались техничностью линий
 И хвалили рельефность мазков,
  Но никто не заглянет поныне
   Под лачённую тонну слоёв.

Пусть спущу кучу денег, но рьяно
 Перед миром слои я сдеру,
  Мне виднее искусства изъяны,
   Чем покров, что у всех на виду!;;

Знаю: будете дальше учиться
 По шаблонам толпы красоте.
  Поглощая, как воздух, страницы,
   Что рождались в скупой суете.

Мне ж - не так, как эстетам, красиво,
 По крупицам слезу соберу
  У сестрицы - растерянной ивы,
   Той, которую вечно ценю. 

Если всё же придётся ответить
 На вопрос «Где ж её красота?» —
  То скажу: «Её трудно заметить,
   Когда в взоре твоём пустота».