Агиасма

Сечёт косая ледяная взвесь
По брустверу, земле, что неделима.
Солдат в окопе — как благая весть,
Как шестикрылый ангел Серафима.
Снаряд воронкой выхаркнул суглинок,
И чья-то жизнь висит на волоске.
Промок насквозь — от каски до ботинок,
И грязь густая стынет на щеке.
Но хлещет с неба ледяной поток,
Смывая гарь и едкий запах серы.
И русский парень делает глоток
Святой воды, что льётся щедро с неба.
Не для того, чтоб жажду утолить,
Чтоб силы взять для нового рывка, —
Ему б любой ценой остановить
Фашистом  нанятого боевика.
И дождь не страшен. В нём — живая мощь,
Небесный щит от стали и тротила.
Над мокрой плащ-палаткой льётся дождь —
Святого духа праведная сила.
Пусть воет буря, пусть дрожит земля,
И вьются вороны смертельными кругами…
Стоит солдат, закрыв меня, тебя,
Хранимый всеми русскими дождями.
Стоит солдат, курок задавлен в перст,
От липких стен траншеи отрываясь.
Его броня — простой нательный крест
И та вода, что пьёт он, причащаясь.