Осень

         Смолкли сады и парки, весёлый гомон птиц будто растворился в прозрачном воздухе. Дни укорачиваются, вечера становятся холоднее, хотя в первых осенних днях ещё слышится голос солнца — словно лето не хочет уходить без прощального слова.  Время осторожно, почти неслышно перелистывает страницы календаря. Сороки, чуткие вестники перемен, уже разнесли по округе весть: осень подошла к порогу.
Она не перечёркивает лето, а бережно укладывает его в память, как укладывают между страниц сухую розу. И потому её тишина не пуста — она наполнена отголосками, полутонами, намёками. В ней слышится не конец, а продолжение мерно текущей жизни.
         В прозрачной тишине более значимо проступают слова, тихие, почти незаметные прежде детали: скрип старой калитки, шорох листа, с грустью падающего под ноги, далёкий гудок электрички, легко долетающий сквозь задумчивую прохладу. Осень будто возвращает к нам то, что терялось в шуме, — забытые разговоры, полустёртые улыбки, уютные вечера, когда казалось, что доверчивое время идёт медленнее.
        Тонкое равновесие между уходящим теплом и наступающей прохладой удивительно точно повторяет внутренний ритм: мы редко хотим полного разрыва с прошлым, нам важно сохранить от него хоть немного света. Пусть она говорит негромко — в ней столько слов, что хватило бы на целую книгу воспоминаний.
Совсем скоро в её торжественной яркости и тихой печали особенно ясно почувствуется хрупкое равновесие, умиротворяющее душу своей философской тишиной. И хотя река потемнеет, впитав краски дня, а холодный ветер сорвёт праздничный наряд, обнажив тонкие ветви, в душе останется искренняя уверенность: добро никуда не уходит.  Не разрывая прошлого, душа бережно хранит его, а время стремится вперёд, не замедляя шага.
       Осень стоит у порога… Мы не торопим её: ведь в её приходе есть своя мудрость, своя красота — та самая, что учит ценить каждый миг.