Когда предположение выдают за факт. Турнир поэтов

Бывают выпады, на которые обычно не хочется отвечать. Особенно когда они настолько нелепы, что сами себя опровергают. Но иногда молчание начинают принимать за согласие.
В ходе прошлого Турнира поэтов один из голосующих публично заявил, что автор Ирина Пахомова Викторова и я – одно и то же лицо, и на этом основании поставил под сомнение честность наших голосований.

Нет. Мы не одно лицо. Мы живём в разных городах и даже разных странах, у нас разные паспорта, мы разного возраста, у каждой – собственная биография, собственная жизнь и собственное литературное имя. Мы действительно дружим. И, представьте себе, иногда друзья поддерживают друг друга. Но, видимо, для кого-то сама мысль о дружбе между поэтами оказалась столь невероятной, что потребовала конспирологического объяснения.

Особенно примечательно другое. Ирина обратилась к администрации с просьбой удалить ложное утверждение. Ей ответили, что оскорбления в нём не усматривают. Что ж. Допустим, это действительно не оскорбление. Но тогда возникает вопрос: с каких пор отсутствие оскорбительной лексики превращает выдумку в факт? Можно ведь написать о человеке что угодно – достаточно всего лишь не употреблять бранных слов. Можно приписать ему чужое имя, поставить под сомнение его честность, обвинить в нарушении правил – и всё это оставить публично, потому что формально «оскорбления нет».

Странная получается арифметика. Два человека дружат – значит, это один человек. Два голоса совпали – значит, один человек проголосовал дважды. Доказательств нет – значит, они не нужны. Я не собираюсь никого разоблачать, преследовать или требовать наказания. Мне это совершенно неинтересно. Мне интересен принцип.

Литературный турнир – это всё-таки место, где соревнуются стихи, а не фантазии о чужой биографии. И если у кого-то есть доказательства моего нарушения правил голосования на турнире – пусть предъявит их. Если доказательств нет – пусть хотя бы называет свои догадки догадками. Потому что есть очень простая вещь, которая почему-то требует отдельного напоминания:

Ирина – это Ирина. Я – это я. А дружба между двумя поэтами – не преступный сговор и не раздвоение личности. И, пожалуй, самое печальное в этой истории даже не чужая фантазия. А то, что нашлось место, где её сочли достаточно безобидной, чтобы оставить публично.




Художник Геннадий Добров (1937 - 2011). "Рождение поэмы"