Отец

Ребенку было так уютно
И он почти что засыпал,
Хотя вокруг так было людно.
Его ведь папа обнимал.

Он нес, с любовью прижимая,
Свое любимое дитя,
И шум, и суета дневная,
И все проблемы бытия

Не нарушали сон ребенка,
Его младенческий покой.
Но рядом вдруг раздался громко
И зычно голос неземной:

- Отдай мне этого младенца,    
Забудь про сына своего
И отними его от сердца,
Путь в жизни ждет другой его.   
               
Он мир получит во владенье,
Богат он будет,  знаменит,
Познает радость вдохновения,
Великий подвиг совершит,    

Он будет верхом совершенства,
Он вызовет у всех восторг,
Его ждет вечное блаженство,
Он будет мудр, умен и горд.

Что можешь дать ему ты, нищий,
Безвестный и простой бедняк?
Ты в этой жизни просто лишний,
Чужой, и звать тебя никак.

Отец от этих слов смутился.
Кто ж сыну не захочет дать
Того, что сам он не добился,
О чем лишь только мог мечтать.

«Отцовский эгоизм безмерен, -
Подумал он, глотая боль. -
В любовь я к сыну только верю,
Отца лишь нравится мне роль.

Я безусловною любовью
Смогу его вознаградить,
Когда смирюсь с отцовской болью,
И сыну дам безбедно жить».

И он почти разжал объятья
И, сердце сжав свое в кулак,
Сказал: «Ну что ж, готов принять я,
И сделать этот трудный шаг.

Пусть будет счастлив мой ребенок».
Но тут малыш глаза открыл
И прошептал ему спросонок:
- Я так тебя во сне любил,   

Я чувствовал твое дыханье
И руки крепкие твои.               
Есть у меня одно желанье:
Со мной будь рядом и живи.

И крепче обнял мальчик папу,
К родному прислонясь плечу.
Вдруг дождь из серых туч закапал,
- Вот что сказать тебе хочу, -

Ответил тот, слезу глотая, -
- Как ни была бы жизнь трудна,
Тебе, мой сын, я обещаю,         
Что буду я с тобой всегда,

Я изменюсь тебе на пользу,
Достигну новых берегов,
Я усмирю ветра и грозы, 
Раскрою над тобой покров,

Я научу тебя сражаться
Со злом, с гордыней, с темнотой,
И будем вместе наслаждаться
Любовью вечной и земной.







 




-