100
Был. И Бог—
Есть. Но был ли
Когда-то поэт?..».
И долго плыли
Слова-корабли:
«Нет… Нет… Нет…».
В придорожной пыли;,
Где способен родиться
Любой из читающих этот стих
И влюбленный безумец,
Смотрящий в твои глаза
И увидевший в них
Бесконечные звезды
И огни никуда не ведущих дорог,
И пришедший на землю
Умереть за грехи наши жалобный Бог—
Все способны родиться
И остаться на век в придорожной пыли;,
И лишь только поэты
Родиться бы там никогда не смогли!
И пока за грехи умирают Боги,
И горит в темноте свеча,
И на этой дороге,
У который мы все рождены,
Не имея врача
И поэтому корчась от боли,
Гноится земная твердь,
Настоящих поэтов
По чьей-то незримой воле
Рождает смерть.
«Значит, где-то рожден—
Поэт! И он—
Жив! Но нет
Поэта на нашей Земле!..».
И холодное эхо,
Растворяясь, навечно
Гаснет в предутренней мгле.
Смерть бесконечна,
Но так как она не имеет
Ни смысла, ни падежа,
Так как губы, способные для поцелуя,
Дрожат, не успев прошептать слова,
В ожидании удара ножа,
Значит стих есть ни что иное,
Как стальное его острие,
Что врезается людям под кожу,
Заставляя понять сие,
С пониманием слов, как ни странно,
Его наточенный край
Вынуждает нас сделать выбор:
Чистилище, ад или рай;
Соотвественно, вследствие смерти,
Оставляющей ласковый след,
Среди суетной круговерти,
Социальных реклам и машин
Появляется новый поэт,
Но с рождением поэта
Весь цикл повторяется вновь,
И впивается лезвие в мышцу,
Где, не зная другого ответа,
Умирает и стонет любовь.
«Что же делать, Боже,
Поэту? Что же
Делать поэту, когда
Судьба такова?».
И в высокое небо
Безответно и долго
Уходят и меркнут слова.
Ради жизни и долга
Тогда остается поэтам,
Чтоб жертва была горяча,
Чтобы руки любовно касались лица,
Попросить не рождаться у той,
Кто обычно стоит у плеча.
Принося свое тело в жертву,
Иисус в триумфальной крови
Никогда бы не сделал это
За отсутствие в нас любви,
И своей дополняя жертвой
Жертву Агнца на кресте,
Остается поэт нерожденный
Бесконечно бродить в пустоте;
Получается, жертву поэта
Можно было бы приравнять
К жертве Бога, но только это
Не дает никому полномочий
На Голгофе поэта распять,
Но ведь жертва Христа есть молитва,
Ночь в слезах в Гефсиманском саду,
А аморфная жертва поэта
Есть всего лишь еще одна битва
За горящую в небе звезду.
И становится ясно
Всем, что напрасно
К всемогущему Богу
Равняет себя поэт.
Потому, принеся себя в жертву,
Бог все еще—есть,
А поэта—нет.
14.03.2026 год.
Свидетельство о публикации №126090700228