Семь долгих лет

Семь долгих лет…

Испанский моряк предвосхитил судьбу Робинзона
Крузо. У берегов Чили семь долги лет Педро Серрано
Провёл на пустынном необитаемом острове. Не исключено,
что эта история была известна Даниелю Дефо, и отдельные
её детали были использованы в романе о Робинзоне Крузо.

Первая часть.

Около 1540 года

Моряк Педро Серрано вдруг стал
Неожиданно для себя
Владельцем острова однажды,
Необитаемого там.

Когда корабль, на котором
Плавал моряк, затонул в шторм,
Испанца, что тонул почти – что
На берег выбросило там.

(По воле Провидения)

Педро Серрано горячо там
Молитву прошептал тогда
В благодарность. И отполз дальше
От моря, бушевавшего.

Когда же Серрано очнулся,
Шторм тот утих, солнце опять
Светило. Моряк, осмотревшись,
В ужасе на колени пал.

Что он шептал, то неизвестно.
Может быть судьбу проклинал,
Или жалел, что он с другими
Не разделил участь, как те.

Ведь у него на самом деле
Для отчаяния была ж
Причина там: Он оказался
На пустынной длинной косе.

Песчаной в восемь километров.
Ни травинки – ни кустика,
Ни деревца…  Без источника.
На острове пресной воды.

Пробыв около получаса,
В молитвах и стенаниях,
Он наконец взял себя в руки,
И обошёл владения.

Свои новые. Поначалу,
Надежда теплилась там в нём,
Что из товарищей кому – то
Всё ж удалось ещё спастись.

Но никого он не находит:
Ни мёртвых там, и ни живых.
Валялись кое где обломки
Лишь дерева. Костёр, чтоб жечь.

Вполне достаточно их было,
Чтоб долго мог гореть костёр.
Но вот огонь добыть, не мог он,
Но у испанца был там нож.

С помощью его, мог бы выбить
Он – искру. Но на той косе,
Не было ни одного камня,
Чтобы добыть как – то огонь.

Креветками, пришлось, сырыми
Ему питаться, и ещё ж
Моллюсками также из раковин
На мелководье найденных.

Страшно хотелось пить, и явно
Будущее на сей косе,
Не сулило ему на деле
Там ничего хорошего.

Возникла даже мысль у Педро
Там о самоубийстве. Но,
Это большим грехом считалось,
Держаться, как сможет, решил.

(До последнего)

И словно ему в благодарность,
За решение то его,
Небеса смилостивились там,
«Подарок» ему как бы дав.

На косе черепах увидел
Серрано. И лежали те
Вверх животом, панцирем к низу,
Беспомощными были те.

Он горло одной перерезал,
И с жадностью стал пить той кровь.
Что утолила его жажду,
Что нестерпимой уж была.

Вторая часть.

Несколько черепах разделав,
Нарезал ломтиками он
Их мясо, высушив на солнце,
Вяленным стало там оно.

Стало питательным и вкусным.
Теперь у него был запас,
И оставалось его только,
В разное время пополнять.

Приобретением же ценным,
Также стали там для него,
Панцири эти черепашьи,
Для сбора дождевой воды.

Таким образом он решил всё ж
Ещё одну проблему там,
Связанную с выживанием
На этом острове - косе.

Теперь больше всего мечтал он,
Там об огне. Хотелось всё ж
Ему также горячей пищи6
Жаренного мяса, тепла.

Кроме того, могли увидеть
Костёр с корабля, если б плыл
На море мимо. И его бы
Могли б спасти наверняка.

Была надежда, что найдёт он
Камни на дне у острова.
Но ему пришлось долго плавать,
Пока он камни не нашёл.

На глубине большой увидел,
Несколько крупных галек там,
И после нескольких попыток,
Серрано донырнул до них.

И поднял на поверхность камни,
Парочку крупных галек, он.
И сухих водорослей взявши,
Стружек с дерева настрогал.

И начал высекать он искры,
Своим ножом. из камней тех.
И вскоре на косе песчаной
Костёр во всю там полыхал.

Теперь любое было мясо:
Копчёное, жаренное.
И к счастью эти черепахи
На остров регулярно шли.

И голод не грозил покуда.
Но добывание огня
Делом было всё ж хлопотливым,
Педро очень костёр берёг.

И не давал ему угаснуть.
Ведь постоянный сей костёр,
Был очень важен. Для спасенья,
Если б корабль мимо шёл.

Можно было б сразу подкинуть,
Мокрых водорослей, чтоб дым
Привлёк там чьё - ни будь вниманье,
И чтоб его смогли спасти.

Прошло три года. И у Педро
Волосы сильно отросли
И борода длинною стала,
Одежда истрепалась вся.

Надежда его ж на спасенье
То вспыхивала, то совсем
Гасла, как звезда при паденье,
Короткий оставляя след.

Не раз на горизонте видел,
Он паруса, бросаясь вмиг
К костру, подкидывал сырые
Водоросли, чтоб дым валил.

Но дым костра не замечали,
И было отчего прийти
В отчаяние… он на это
Читал молитвы и… вновь ждал.

Третья часть.

По острову брёл Педро,
И вдруг увидел пред собой…
Да, человека! По песку шёл
Тихо с понурой головой.

И ничего не замечая.
Педро осматривал его.
Нормальною была одежда
Того. Серрано в шоке был.

Тут незнакомец глаза поднял,
Увидел волосатого,
Почти – что голого мужчину,
И с воплем бросился бежать.

Словно крючком спусковым был тот
Крик. Серрано остолбенев,
Обрёл подвижность, и в другую
Сторону бросился бежать.

С криком: «Иисусе, избавь меня,
От дьявольского этого
Тут наваждения!». Всё это
Он по - испански выкрикнул.

Услышав же язык испанский
Пришелец встал как вкопанный,
И закричал: «Брат, брат, не беги
От меня. Я есть христианин!»

У Педро от родной той речи
Почти – что подкосились там
Ноги. И он остановившись
Пошёл навстречу же к тому.

Не сдерживая слёз, обнявшись,
Буквально Серрано рыдал…
Так потрясло то появленье
Соотечественника тут.

Простым матросом оказался,
Пришелец. И корабль его
Там затонул. Он ухватившись
Там за обломок, смог спастись.

Добрался до косы песчаной.
Серрано поделиться смог,
Своим опытом, и «вещами» -
Что приобрёл за этот срок.

И стали вести они вместе
Хозяйство общее теперь,
Дрова собирать, и ловить тех
Черепах, и мясо сушить.

Но главной их было заботой,
Поддерживать их там костёр,
Чтобы горел тот постоянно,
Не проморгать корабль чтоб.

Всё было хорошо. Но в жилах
Испанская бурлила кровь.
Но жизнь в условиях таких тут,
Спокойствия лишала их.

Повздорили они однажды,
Из – за какой – то мелочи.
Переросла ж мелкая ссора
В их откровенную вражду.

Как – то во время перепалки
Очередной, Педро схватил
Нож, а тогда его напарник
Схватил обломок палки там.

Ещё мгновенье, и могло бы
Непоправимое уже
Случиться. К счастью тогда Педро
Отбросил нож, опомнившись.

Напарник же отбросил доску.
Они решили избежать
Греха братоубийства. Уйдя
В разные стороны косы.

Четвёртая часть.

Теперь каждый жёг свой костёр уж,
И своё вёл хозяйство впредь.
Но их тянуло всё ж друг к другу,
Переживали свой разрыв.

Помаявшись, живя отдельно,
Какое – то время, они
Не выдержав, всё ж помирились,
Обнявшись, даже поклялись.

Что не расстанутся те больше
Никогда. Снова день за днём,
Сменял другой. Так год за годом,
Минуло в общем уж семь лет.

С того дня, когда очутился
Серрано на этой косе.
Они ж сдержали свою клятву,
Больше не ссорились никак.

Обросшие и с бородами,
Были как братья – близнецы.
Часто они сидели вместе,
Глядя на море и мечтав.

О том, что, чем они займутся,
Когда покинут остров сей.
И наконец настал день этот:
Заметили с корабля дым!

И поняли, что нужна помощь,
И с корабля шлюпку спустив,
Моряки налегли на вёсла,
Вглядываясь в тот островок.

Когда приблизились к косе той,
Заметили те моряки
Двух жутких существ волосатых,
И испугались, видя их.

Решили, что помощники те,
Самого дьявола. Они ж
Вместе с дымом поднялись с ада,
Чтоб заманить к ним моряков.

И эти моряки со страха
Обратно погребли уже
К своему кораблю, ругаясь,
Что дьявол их чуть не схватил.

А Серрано с другом кричали:
«Вернитесь! Мы - люди, как вы!
И заберите же нас поскорее!»
Но моряки грели во всю.

И поняли островитяне,
Что без вниманья крики их,
То во все лёгкие запели
Молитву громко, как могли.

И моряки, остановившись,
К острову повернули вновь.
И вскоре оба робинзона
Были уже на корабле.

И вся команда соберётся
Посмотреть на спасённых тех.
Ощупывали, по спине их
Похлопывали моряки.

Их мужеством те восхищались,
И стойкостью – выдержать всё.
Но к сожаленью умирают,
Не только люди от беды.

От радости бывает также.
Не выдержало сердце вдруг 
У друга Серрано. Он – умер,
С улыбкой счастья на лице.

Очень переживал о друге
Педро. Увы история
Не сохранила его имя,
Героем безымянным стал.

Одной из самых же суровых
По всем условиям своим,
Робинзонад, что раньше также
В истории случались всё ж.

Сначала Педро оказался
На родине, в Испании.
Историей невероятной
Его были поражены.

Стали известны всей Европе,
Все его приключения.
И вызывало у людей тех,
Там неподдельный интерес.

В Германии побывал даже
Где чести удостоился,
Императором, принятым быть,
Карлом Пятым тогда ж самим.

Пожаловал Серрано Педро
Тот состоянье целое –
4000 унций ему
Золота подарил король.

Что поразительно – но Педро
Тянуло вновь увидеть свой
Пустынный, но ему вдруг ставший,
Дорогим этот остров там.

Он даже хотел поселиться,
Где – ни будь там поблизости.
И чтоб осуществить мечту ту,
Он в плаванье отправился.

К берегам Чили, где всё было.
Но не доплыл до той земли,
Серрано по пути ж скончался,
Не исполнив своей мечты.