***

стою один, очерчивая взгляд по переулку,
только тоска аида

к чему мы рождали себя в январе
к чему эта повесть, если судьба одна
дорогой к тебе, но не видно, ни сна ни утра
 
пей чашу дня, пей чашу дня!
по окружности проходя, где ты судьба,
что рукою гладить и быть всегда
пей чашу дня, пей чашу дня!

мы шли паромом, на острове - старый картинщик,
масло, вино, этим наша картина,
только представить - слова,
только представить - молитва ввысь,
и мир предо мной, и мир предо мной

не до, не после, что всё равно,
что стоишь пустой над сиренью картинной
год будто пройденный за четыре
тридцать-тридцать, тридцать-тридцать:
всё твоё к тебе всегда возвратится

кофе медленно идет по гейзеру
взываю к тебе,
не более чем, тем, как ты этого и хотела,
на твоё да,
не ища себе предлога или, очередного плена
из мыслей, осколков прошлого, прочего
в день, формируемый отражением

память обособлена будто приливами
на часах - время, от объективности с разницей в шесть
глаза, открываются немного шире
изучая слова на нити 

Человеку - его желание, что формулируется десятками лет
и я живу,
выписан адрес по парижу
рука рисует по сердцу линию
забыть - больше не путь к решению

интервал памяти, приходит
когда не нужно, мимо,
роли дня, которую просила
помнить с заснеженного декабря

столько раз, всё мы обсуждали
оттенки лиц, затенённый
с лестницей и музыкой переулок

В чём выбор?
В чём ученье?

лишь кофе медленно идёт по гейзеру
только желаю, чтобы ты живая
со мною;
нет предлога или другого мира,
не задавать вопрос;