Мемуары о детстве, окончание, 4 сентября...

   ДРУГАЯ  КОММУНАЛЬНАЯ  КВАРТИРА
   кошка
   ШКОЛА
   ЛЕС
   межа  между детством и отрочеством
   
   Итак,  папе  выделили  от  завода  другую  жилплощадь  на  расширение. Две  комнаты  в  коммунальной  квартире на  двух  хозяев. Дом  деревянный, старой постройки  в  два  этажа  на восемь квартир. Без  канализации (но"толчок" в отдельном  помещении коридора), а умывальник в углу коридора (рукомойник с тумбочкой, где  стоит ведро куда сливается  вода). Да,  простят  мне читатели  высокой  поэзии за  эту  "прозу" жизни. Общая  кухня, печное отопление. Но зато у нас две комнаты, которые разделяют высокие двери из двух половинок, высокие потолки.
Сейчас  мы  могли с  братом спать отдельно, родители  купили два кресла-кровати, поставили  рядом. И у нас был отдельный стол для уроков. А родители спали в дальней комнате. Была  печь, которую топили  из  так называемого,  туалета, (он был большой и раньше там помещалась ванна при буржуях). В кухне печь тоже топили, но и на плитке готовили. И мы, и соседи. Из  этой квартиры был 'чёрный ход" из коридора и на улицу, у всех квартир, но всегда закрытый и соседи хранили там на площадках вещи  разные, в большинстве ненужные.
Этот дом, видимо был ещё построен до революции и им владел какой-нибудь купец.
В  соседях  у  нас была  тётя Лиза,  женщина лет 45  и  её  мама, звали её Андреевна. У тёти Лизы  был сын, учился в военном  училище на лётчика в областном городе Перми. Он приезжал на каникулы.  У  соседей тоже было две комнаты. Тётя Лиза работала бухгалтером во  Дворце  Культуры.
У  них  была  ещё кошка,  но  заболела чем-то,  шерсть облезла, кожа покрылась струпьями, ничего не ела и не пила. Папа повесил  её в нашем гараже, где стоял мотоцикл и мы её потом похоронили под нашим окном. Мы жили на первом этаже.
   Меня  записали  в школу  в  центре города в пятый класс, но через год эту школу закрыли для каких-то городских нужд и я в шестой класс стала ходить в школу, практически через дорогу от дома. Окна  нашей комнаты смотрели на окна школы. В  ней  я  проучилась до девятого класса. Я  была  общественница. Получала грамоты,  как  " Активнейшая  участница школьного хора  на  городском  смотре детских талантов"..."Победителю в школьном конкурсе чтецов-декламаторов ".Но эти  грамоты  были  уже  попозже,  в  моём "Отрочестве".  А  пока шестой класс...училась я хорошо, была любимой ученицей у преподавателя русского  языка  и  литературы, Павла  Ивановича,  который готовился  уже к уходу на пенсию. Но из  школы  я  выпустилась ещё при нём. В  этой  школе поощрялись  новогодние костюмы  на  новогодних  ёлках,  тематические  наряды, например на восьмое марта был конкурс цветов. И мама сшила мне за  один  вечер, оранжевое в цветочек платье из штапеля... и какой-то цветок папа нарисовал на картонке, который я нацепила на лоб.  А  на  новогоднюю школьную  ёлку  тётя  Лиза, соседка наша, принесла из Дворца Культуры (работала там) костюм Хозяйки Медной горы. Это было длинное зелёное платье из атласной ткани, расшитое пайетками. На  него  надевались бусы из мелких ёлочных висюлек и шариков. Кокошник из  розового атласа, расшитый бусами и пайетками с белой капроновой длинной вуалью. И  в  будущем,  тётя  Лиза приносила  мне  ещё  костюм  Сильвы  из  одноименной  оперетты Кальмана, костюм Русской красавицы,  тоже с кокошником и сарафаном, но это уже позже, в моём " Отрочестве". Мы  жили  дружно с соседями. Помню, как мой брат (ему было уже 9 лет тогда) мыл площадку на чёрном ходе и говорил бабушке Андреевне  "смотри как я хорошо вымыл, учись".
   В те годы мы с братом уже подросли и  родители  стали  меня  брать в лес за малиной, я сидела в люльке  мотоцикла. Помню высоковольтную  линию вдоль просеки и дорогу, выложенную  железобетонными плитами, уходящую  в  горизонт. Вот  здесь мы оставляли мотоцикл и немного углублялись в лес  в  заросли  малинника.  На    наших шеях висели эмалированные  бидончики, у меня литровый, у родителей трёхлитровые, руки были свободные и мы могли раздвигать кусты и одновременно собирать ягоды. Находили очень ягодные ветки и тогда мама с двух рук собирала  малину. Наполнялось эмалированное  ведро  или  термос из  нержавеющей стали, куда тоже входило ведро ягод. Конечно, по дороге домой была "утряска" и малины уже не доверху, а на дне ведра сок. Мама обычно варила варенье,  немного сушила, чтобы при какой-нибудь простуде заваривать и поить этими полезными отварами малины. Малиновое варенье заменяло нам и конфеты (шоколадные были только в новогодних подарках от завода) , заменяли и торты, кондитерская у нас появилась только через несколько лет, а в магазинах и не помню были или нет...Хлебозавод -то у нас был. Мама сама торты не стряпала, потому что сметана была такая жидкая, как сегодня 20% сливки,  яйца были в дефиците. Пермская область- это индустрия  тяжелой промышленности, металлургия и прочее,  не сельскохозяйственный регион. Тем более наш район,  где  земля родит на  полях только овощи. (Для меня и сегодня  кусок хлеба с маслом, а на него варенье, особенно малиновое, так никакого торта и не надо, хотя я умею их печь).
Ещё как-то раз  мы с ребятами со двора по грибы ходили, на автобусе и в ближний лес, нашли на склонах оврага красноголовики( подосиновики) со шляпами с большую тарелку,  все  были хорошие, наелись тогда жарёхи (жареные грибы с луком, иногда добавляют картошку).
   В  следующий  раз мы  поехали за черёмухой  с  ребятами (обычно человек шесть  от  10 лет и до 15). С  нами решил  поехать и сын тёти Лизы, наш сосед по квартире, который приехал на каникулы,  Слава. Ему было 19 лет. Черёмухи  мы  набрали. Но в  том  походе незаметное происшествие для всех...для  меня  стало межой между детством и отрочеством.
Детство моё закончилось. Я влюбилась в Славу. Читайте
 
  " Рождение  чувственности, первая  любовь "
    http://stihi.ru/2026/07/02/8004


                4 сентября 2026г.